Книга Эксклюзивные права на тело, страница 12 – Саша Кей

Но кишка тонка.

Не только собой я рискую.

И когда Корельский дал понять, что Зинину недолго осталось, а как ещё, если за тебя берутся люди подобного уровня, я в душе́ откровенно злорадствовала, хотя мне и были непонятны эти реверансы. Лично я считаю, что мой босс не заслуживает таких интеллектуальных подходов. Пулю в лоб — для него самое то. А ещё лучше вздёрнуть на верёвке.

Это крайне мерзко — желать кому-то смерти, но всего за два года работы на Зинина я видела слишком много.

Так что, да, я рада, что ему прищемили яйца. Вот только и мне это можжет выйти боком.

В какой-то степени я готова была принять удар, но не ожидала, что всё будет так быстро.

Махинация Корельского явно набирает обороты, хотя прошло меньше суток.

А я даже не представляю, вокруг и ради чего всё закручено.

Если бы моя вылазка в каюту Ярослава прошла по плану, и он не стоял за моим плечом, пока я пересылала файл, я бы непременно хоть мельком сунула туда нос, чтобы знать, что рассчитывает получить Зинин. Впрочем, я и так догадываюсь, что компромат. Но вот на кого? Неужто открыл свою зловонную пасть на Корельского? Или даже на папашу его девушки? Псих.

Хотя вряд ли имеет значение, что было в том видео.

В качестве приманки могло быть что угодно, и Зинин её заглотил.

Ошалел и потерял бдительность.

И вот теперь началось. И непохоже, что мне удастся скрыть своё участие.

«Ты можешь сейчас уехать со мной», — всплываетв голове густой баритон.

Корельский не мог не понимать, как меня подставляет. Но кто я для него? Мной можно пренебречь. Можно отдать на заклание ради своих целей, а можно трахнуть, когда подвернулась под руку.

Я вдруг соображаю, что так и стою голая в темноте прихожей, сжимая телефон в потной ладошке. Осознание того, как всё скверно, вызывает мощный приступ дурноты, и я не в силах с ним справиться. Еле успеваю добежать до туалета, и меня выворачивает, хотя почти нечем.

Голова снова раскалывается. В воспалённом мозгу пульсирует: «Бежать! Срочно бежать!». Идея неплоха, но вряд ли реализуема. Меня поймают и очень быстро. И тогда даже врать станет, мягко говоря, нецелесообразно.

Остаётся надеяться, что с Зининым расправятся раньше, чем он со мной.

Нужно тянуть время.

А для этого необходимо хорошенько продумать линию поведения.

Просто безукоризненно продумать, если я хочу выжить сама и помочь тому, кто от меня зависит.

Я плещу холодной водой в лицо, полощу рот, чтобы избавиться от мерзкого привкуса, и горько смотрю на себя в зеркало, опустив руки под ледяные струи.

Как всё дошло до такого?

Карьеры мне захотелось, видите ли. Стать белым воротничком, подняться по социальной лестнице и оставить позади муть прошлого. Умной себя возомнила.

Сестра сразу сказала, что мне нужно найти папика, благо внешние данные позволяют. Она именно так и поступила. Я же решила искать защиты и надёжности в другом месте, и что теперь?

Мы сделали такой разный выбор, и оба варианта не сыграли.

Растираю лицо полотенцем и понимаю, что мне не уснуть.

Ещё и в коридоре обо что-то больно спотыкаюсь. Щёлкаю выключателем.

Корзина с цветами.

Завязывая пояс банного халата, решаю заняться розами. Идиотизм, конечно, — расставлять цветы, когда над головой завис дамоклов меч. Но делать-то всё равно что-то нужно, иначе я сойду с ума.

На кухне с отвращением разглядываю «подарок».