Книга Голое свидание, страница 24 – Саша Кей

Тихонько врубив музыку из ВК на телефоне, я пританцовывая организовываю себе завтрак из наличных продуктов. Я из тех, кто завтракает плотно, и сейчас у меня в силу привычки и ночной потери калорий разыгрывается нешуточный аппетит. Надеюсь, Сережа меня не убьет за трату четырех яиц. Поделим по-братски.

Дарю яичницу, и раз пошла такая пьянка крошу туда и найденный помидор, и колбасную попку, и шампиньоны-гриль, которые остались не съеденными нами вчера.

Обожаю яичницу. Прекраснейшее блюдо на земле. Пленяет своей простой и скоростью в готовке. Быстренько сервирую две порции. Сейчас сполосну сковородку, налью кофе и пойду будить Никитина. Заодно спрошу, какой тут транспорт рядом ходит. Такси в это время в центре города дождаться нереально, все стоят в пробке на выезде в промзону.

В целом, если не обращать внимания на записку холодильнике, где написано явно не рукой Никитина: «Забрать костюм из химчистки», то я прихожу в норму.

Поглядывая на красивую кофейную пару, уже предвкушаю, как сделаю первый глоток. Нам, кофезависимым, все не в радость до первого глотка.

За шумом льющейся воды даже музыку плохо слышно, поэтомупоявление на кухне Никитина становится для меня сюрпризом.

Обернувшись на его голос, вижу, что в отличие от меня он выглядит изрядно усталым, похоже, я вчера выпила из него все соки, но почему у него лицо такое невольное я понять не могу.

Выключаю воду, чтобы услышать, что он мне говорит, и Сергей повторяет свой вопрос:

— Это что еще за спектакль?

— Настроение хорошее, — объясняю я свои танцы. — Да и бассейн пропустила, будем считать разминка…

— Я спрашиваю, к чему все эти игры в идеальную хозяйку? — резко прерывает меня Никитин. — Готовый завтрак, вымытая сковорода, еще б кофе в постель принесла. Что? Решила себя прорекламировать? Мол, не только в постели за*бись, но и готовлю отменно? Утренний отсос в пакет услуг входит?

У меня пропадает дар речи. До меня доходит, откуда такие претензии: мы же с ним вчера обсуждали женскую привычку примерять стереотипную женскую роль. Он решил, что я таким образом набиваю себе цену?

В груди все сжимается и от несправедливого упрека, и от слов, какими он был высказан, а также от осознания, что я Никитина интересую только в одной роли, совершенно определенной.

Оставляю в покое сковороду.

— Утренний минет полагается не всем, только постоянным клиентам компании. А ты, как я посмотрю, предпочитаешь разнообразие в обслуживании.

— Что за херню ты несешь? Все? Сказка кончилась? Начинаются суровые будни с их «Ой, все»? Честная и откровенная Даша скрылась за горизонтом? Или ее вообще не было?

Меня захлестывает волна гнева. Эта скотина вчера развела меня на секс, на разговоры о том, что я даже с подругой не обсуждаю, и обвиняет меня в притворстве?

Методично вытираю руки о банное полотенце на мне.

— Раз уж мы тут решили поговорить об откровенности, скажи мне, Сережа, — сказанное сквозь зубы, его имя словно вжиканье кнута. — Сколько баб ты трахаешь на неделе? Не думай, я не осуждаю. Но когда я вчера спросила, женат ли ты, зачем ты мне соврал? Побоялся, что п*зда не обломится?

— Я не женат! — рявкает он.

— А это не важно, — я срываю с себя полотенце и швыряю в него. — Ты прекрасно понимал, что я имею в виду. Меня интересовало свободен ты или нет. Тут-то, видимо, весь твой интерес ко всей этой правде и пропал, да?