Книга Ставка на невинность, страница 60 – Саша Кей

Но все равно тоскую:

— Да… Курить я буду, а пить не брошу… А-а-а! Пишет! Пишет, кобелюка! — взвываю я.

— Лосев? — оживляется Медведева.

— Не, Лосев нахер с пляжа! Бергман накатал! Выкапывай своего внутреннего юриста, он прислал договор… Сейчас… Я тебе уже перекидываю. Чего ржёшь?

— Название файла — огонь, — всхлипывает Алка.

Зырю на название. «Хартия вольностей для дурной певицы».

Во, козел!

— Детский сад какой-то, — ворчу я.

— Ну… изменения он, конечно, внёс, — тянет Медведева.

— Исправил? — сопя, я ищу четвертую страницу, но подруга меня тормозит.

— Ага, пункт два-один.

— Чего? — воплю я и мотаю наверх. — Ах ты, паразит!

В пункте два-один убрана часть про сохранение моей мнимой девственности!

Охренел!

Мне, может, память о ней дорога!

И засучив рукава я бросаюсь в переписочный бой со всем пылом неудовлетворённого либидо.

Алка — настоящий друг и не бросает меня, пока я стучу по клавишам ноутбука в мессенджер Бергману. Незримо она со мной, бубня в телефонную трубку:

— А он чего? А ты чего?

И спустя час накаленного общения общими усилиями мы побеждаем Германа. Спорный пункт про мои полномочия переформулирован, права уравнены, только звучит он как-то иезуитски. «Если одна сторона захочет переспать с кем-то другим, то вторая сторона не имеет права ей мешать». Я не очень въезжаю, как пункт про ограничения встреч превратился в пункт про неограниченные сексуальные связи, но хотя бы мне можно столько же, сколько и Бергману!

Только я не понимаю, как так вышло, что при общейдоговорённости сократить общение до минимума мы с Германом должны видеться практически каждый день!

Потому что я должна сходить с ним в картинную галерею на корпоратив, он за это со мной выбирает подарок и едет к Артемьеву. Я иду с Бергманом и его друзьями смотреть матч в спортбар, а он тащится со мной на отчетный концерт моей троюродной племянницы в консерваторию.

И финалочкой за то, что я согласилась на долбанную фотосессию, Гера вместе со мной появится на дне рождения у моей мамы.

Выходит, что недельный отпуск, начинающийся у меня в понедельник, который я брала в связи с плотным семейным графиком, я почти полностью проведу с Бергманом.

Как так вышло-то?

В ночь с четверга на пятницу я лежу в постели и серьезно обдумываю вариант разорвать контракт с Бергманом, потому что за четыре дня отпуска я упахалась так, как на работе не упахивалась.

Если так прикинуть, я с Лосевым меньше контактировала за время конфетно-букетного периода, чем с Бергманом за эти дни. И сейчас мне кажется, что я постигла смысл этого ритуала ухаживания.

Если молодые друг друга не убили, не прокляли семьи, не расстреляли друзей и не обзавелись куклами вуду друг друга, можно смело переходить на следующий этап отношений.

Нам с Бергманом смело нельзя.

У меня руки чешутся его придушить.

Несмотря на то что мы больше не допускаем никаких опрометчивых поступков, вроде опасных прикосновений, всякого рода проверок и незапланированных оргазмов, напряжение между нами сохраняется, и в отсутствии возможности его снять приятным способом, мы оба друг над другом измываемся как можем.

По совету Медведевой я начинаю потихоньку прикручивать уровень своей привлекательности в сторону максимума. Юбка с каждой встречей становится короче, джемперочки выбираю более облегающими, а в среду и на декольте я не скуплюсь, правда, не удержавшись, снова украшаюсь брошью из чешского стекла.