Книга Я не для тебя, страница 30 – Рина Каримова, Валерия Ангелос

— Медведь здесь, — говорит Лёва.

— Что? — вырывается у меня. — Ты про Ахмедова?

— Нет, причем тут Ахмедов, — отмахивается друг, кивая в сторону. — Я про того типа, с которым он сейчас говорит. Видишь, рядом здоровенный мужик?

Только теперь замечаю, что Марат и правда общается с кем-то. Он отводит взгляд от «стекляшки», поворачиваясь к своему собеседнику.

Высокий мужчина в темном костюме. Мрачный. Массивный. Он закуривает, и мой взгляд автоматически цепляется за его пальцы. Все забито темными татуировками.

Дядя говорил, это может быть одним из знаков мафии. Зависит от рисунка. Но отсюда ничего не разглядеть.

Хотя и без этого от одного лишь вида Медведя становится не по себе. От него будто волнами исходит нечто опасное, угрожающее. Как и от Ахмедова.

Он подает пачку сигарет Марату. Тот тоже закуривает. А я в оцепенении не могу отвести взгляда от его ленивых, небрежных жестов.

— Я думала, тут никому нельзя курить, — вырывается у меня.

— Да кто рискнет сделать замечание Медведю? — качает головой Лёва. — Или Ахмедову?

— Ты что, знаешь этого человека?

— Ну не лично. Много про него слышал. Странно, что Медведь здесь. Он сам на себя работает. Не под кланами. И вообще, на другом краю страны живет.

Лёва поправляет очки.

— Медведь решает такие вопросы, которые больше никто не может решить. У него везде связи. И на самом верху. Среди олигархов, политиков. И внизу, с такими жуткими отморозками, с которыми другие бояться связываться.

Слова друга вызывают тревогу.

— Лёв, — толкаю его локтем. — Ты говоришь про него так, будто ты его фанат.

— Нет, почему, — дергает плечом и наконец отворачивается, на меня смотрит. — Просто если бы я решил стать бандитом, то брал бы пример с него. Никому не прислуживает. Сам по себе. Одно дело на кланы работать, и совсем другое вот так…

— Плохая шутка, — обрываю его. — Что за глупости ты говоришь? Хочешь в криминал ввязаться?

— Ой да я так сказал, — кривится он, махнув рукой, однако я замечаю тень, мелькнувшую в его глазах.

Реакция Лёвы лишь сильнее напрягает.

Как и появление этого… Медведя.

Студентам старших курсов разрешено встречаться с родственниками прямо в универе. Но редко, в порядке исключения.

Судя по словам Лёвы, не похоже, будто Медведь какой-то родственник Ахмедовых.

Вот только элите можно все. Особенно — мафии.

— Ася! — слышится голос старосты. — Ты куда подевалась? Везде ищу…

Поворачиваюсь к Виоле и холодею, когда слышу:

— Тебя к ректору вызывают.

Ректор все знает.

Ну конечно. В коридоре же была камера. Хотя… с чего бы ему проверять? Наверное, кто-то из помощников заметил. Или из охранников.

Вообще, какая теперь разница?

Пока на ватных ногах иду в сторону кабинета, самые разные мысли проносятся в голове.

Мне конец. Вот единственное, что я четко понимаю.

Тот исчезнувший парень, Антон, был из элиты. Так я поняла со слов Лёвы. Если студента из влиятельной семьи убрать не проблема, то что тогда говорить обо мне?

Ладно. Хватит. Сейчас мне нужно успокоиться и… сделать вид, будто я ничего не знаю. Не показывать волнение. Ничего лишнего не показывать.

Перед массивной дверью делаю несколько глубоких вдохов. Бросаю взгляд по сторонам. Секретаря не видно.

Уже ушла? Вечер. Возможно, у нее конец рабочего дня.

Или ректор хочет пообщаться без свидетелей? Но что ему какой-то секретарь? Тут наверное, все связаны, все в курсе.