Книга Украденная невеста для бандита, страница 61 – Иман Кальби

— Тише ты, макияж размажешь.

А самой так приятно, что внутри все закипает.

— Станцую с тобой сегодня, — не выпускает из объятий, — ты ведь, коза, так и не далась на нашей свадьбе…

— Я тогда чувствовала себя вещью, — призналась честно, — и была очень- очень растеряна.

Муж обхватывает мое лицо руками. Смотрим друг на друга. Лоб в лоб…

— Ты никогда не была для меня вещью, Фатя… Всегда была моей королевой.

От его слов внутри снова все сжимается- и я уже совсем не хочу никуда ехать.

Но делать нечего. Садимся в машину, спустя тридцать минут оказываемся на входе в помпезный банкетный зал на берегу моря. Музыка громко грохочет, как у нас любят. Но это совсем не напрягает. Все объяты ощущением радости и эйфории. Невольно вспоминаю свою свадьбу и думать о ней уже не так травматично.

Я даже сейчас понимаю, что все эти хитрые усмешки и переглядывания, шепотки в силу- все-таки зависть. Они завидовали. Завидовали, что такой шикарный мужчина выбрал меня, что смотрит на меня одержимо, что наша юношеская история любви получила продолжение вопреки обстоятельствам. А они не смогли так… У них все прозаично…

Здесь все. Видим и знакомых из поселка, и дальних родственников, и друзей Марата. На кавказских свадьбах так всегда- ощущение, что к тебе приходит весь мир.

Мы быстро перекусываем, а потом, не тратя время, вливаемся в толпу танцующих. Здесь нет жесткого церемониала. Марат улыбается мне глазами и кивает, приглашая на танцпол. Наши руки воспаряют в унисон. Не могу не восхититься, как же красиво он танцует. Надеюсь, я соответствуюему. Спина выпрямляется еще сильнее, руки двигаются еще грациознее. Чувствую на себе восторженные взгляды- женщины постарше смотрят с одобрением, девушки- с нескрываемым интересом и завистью. Мужчины… У нас ведь не принято смотреть на занятых женщин с вожделением и алчностью, но я буквально улавливаю эти жадные взгляды украдкой, наполненные интересом и солидарностью с Маратом.

Я делаю очередной грациозный поворот. Чувствую нарастающий жар от его тела. Наши взгляды снова пересекаются- и я понимаю, как жарко закончится этот приятный насыщенный день…

Заканчиваем танец, уступая дорогу следующей паре, возвращаемся к столу. Смотрю на напряженного Алихана, лицо которого непривычно бледное. Почему-то по телу прокатывается неконтролируемое чувство паники.

Перевожу глаза на Марата- и чувствую, что руки холодеют, а по телу бежит липкий озноб. Интуитивно я уже чувствую. Что-то ужасное произошло. Дыхание в легких спирает.

Подбегаем к столу оба. Марат, очевидно, тоже сразу понимает, что-то не так.

Алихан старается держать лицо. Хватает за руку Марата и низко к нему наклоняется, шепчет на ухо.

Лицо мужа на глазах чернеет. Он переводит на меня безжизненный взгляд и молча машет, что нам поспешно нужно на выход.

Быстро выходим из банкетного зала. Я всё еще не дышу. Сердце дико бьется в груди.

Палящее августовское солнце делают эту жуткую панику просто нестерпимой.

Молча подходим к машине, молча садимся.

— Марат, что… что случилось? — звучу сипло и заикаюсь.

К нам резко подъезжаем машина с Тимуром и Алиханом. Смотрю на играющие на их лице желваки.

— Руслана украли… — говорит он хрипло, — узнали, что его биологический отец Шамхал. Иди в машину к ребятам. Они быстро завезут тебя домой. Никому дверь не открывай.