Онлайн книга «Украденная невеста для бандита»
|
— Нет, — говорю сипло. — Стоило сказать, — в его голосе на удивление ни грамма злорадства. Деловой подход. Правильно, сейчас не время собирать камни. Нам бы защитить то ценное, что только у нас с ним и есть… — Она бы не отпустила… — делаю последнюю затяжку и кидаю окурков окно. Жемчужная гладь моря на рассвете очень красивая. Но все равно как-то от неё холодно. Пробирает… — Мы объясним, Марат, — тихо говорит Анвар, — постараемся всё ей нормально объяснить. А тампусть она сама решает. — Нечего тут решать, — резко говорю я и тут же оглядываюсь на дверь, опасаясь, что мой грубый голос мог ее разбудить, — я отказываюсь от Фати. Официально мы не женаты, а мусульманский развод я дал ей вчера. Нас больше ничего не связывает. Она не имеет ко мне никакого отношения. Вот что ей нужно объяснить. Пусть забудет меня. Глава 38 В ушах нарастающий гул. Слова отца и матери сливаются в ней в жуткую какофонию, которая давит на мозг, отказывается принимать действительность. Настолько больно, что даже глаза слепит. Хочется сейчас сильно сильно дернуть себя за волосы, закричать громко-громко- и бежать, бежать, бежать… Мне кажется, что эта жуткая сцена на фоне прекрасного светлого утра, будет вечно преследовать меня. Этот контраст красивого молодого дня с ярким солнцем и голубым небом за окном, нашей идеальной уютной квартиры и того тотального кошмара, который сейчас сообщали мне родители- словно бы насмешка злого рока, какое-то изощренное наказание… Хочется ущипнуть себя и проснуться, поверить, что это всего лишь нелепый кошмар, собравший за день в странный калейдоскоп обрывки из впечатлений, опасений и подсознательного, но нет… — Марат убил Рустама, — говорит тихо отец. Он сейчас очень серьезный и сосредоточенный. Постаревший. И мать притихшая. Я еще не осмеливаюсь поднять на нее глаза, чтобы не сорвать всю свою боль… — Почему… мне нужно уехать? — голос дрожит. — Потому что опасно здесь находиться, Фатя. Отец Рустама в бешенстве и будет мстить. Ему явно наплевать на правосудие, тем более, что по идее правосудие не должно быть очень уж строгим к Марату. По факту он защищался… Но… Таким людям закон не писан… — Я… не хочу уезжать… Как минимум, пока Марат сам мне все не объяснит… — голос предательски дрожит. Как он мог со мной так?! — Марат не может объяснить. Он сейчас в СИЗО, Фатя. А ехать тебе туда строго-настрого запрещено. Самим Маратом. И я в этом с ним полностью согласен! Давай сейчас не будем обострять и без того крайне сложную ситуацию. Он сам позвонил нам и попросил о помощи. Улетим в Москву- а там уже все прояснится… — Вы все ведете себя со мной, словно бы я вещь! — вырывается из меня с истеричными всхлипами, — ненавижу! Всех ненавижу! Отец резко притягивает меня к себе, порывисто обнимает, до хруста костей. — Я очень прошу тебя мне поверить, дочь… Очень прошу… В голове сто тысяч вопрос и претензий, но я пока словно бы не могу их выдавить из себя. Все на автомате, заторможено. Я пишу Марату, пишу Алихану. Да всем я уже пишу, чтобы услышать хоть какой-то ответ, что произошло. Мои сообщения доходят, но… Их никто даже не читает… Мы едем до боли знакомой дорогой. Дорогой, которой я ездила десятки раз… Дорогой до аэропорта… Раньше она была для меня порталом в новый этап: после очередных каникул мы возвращались домой в Москву, где меня ждал новый класс, новые знания и впечатления. Или наоборот, устав от шумной Москвы, мы ехали на долгожданный отдых на родину, а теперь… теперь эта дорога вела в никуда… |