Книга Принцесса в Бодунах, страница 82 – Ольга Рузанова

— Выходи... — говорит Баженов.

Я толкаю дверь и оказываюсь на улице. Даже несмотря на то, что после грозы значительно потеплело, в промокшей насквозь одежде я трясусь от холода.

— Явилася — не запылилася!.. — выкрикивает Георгий, едва завидев меня, — А что, пять минуточек уже прошли?

Я молчу только из уважения к возрасту. Собираю мокрые волосы и сплетаю их в жгут.

— Антон!.. — не унимается он, — Надо было оставить ее там, где нашел! Зачем она нам?.. Охламонка!..

— Иди спать, — бросает ему Антон и подталкивает меня в спину, — Топай в дом.

— В пристройку?

— В дом, Вася!.. — повторяет нетерпеливо.

— Твой отец? — спрашиваю шепотом, глянув на Баженова снизу вверх.

— Нет его.

Он уставший и злой, но полыхнувший на мгновение огонь в его глазах опаляет меня жаром. Обняв руками свои продрогшие плечи, я семеню к дому.

— Голодная? — спрашивает он, когда мы разуваемся у порога.

— Эмм... пока не понятно...

— Прими горячий душ, а я пока пару бетербродов сделаю.

— А... душ?..

Мысли в моей голове мечутся как стая встревоженных воробьев. Я мало что соображаю, но ведра с бантами и Сонечка с грибами уже кажутся чем-то далеким и несущественным.

Антон проводит меня в душевую со стеклянными дверями и светло-бежевыми полотенцами.

— А как же канализация? — бормочу я.

— Завязывай, Вася, — заталкивает меня внутрь, — Сейчас футболку принесу.

Мое сердце как маленький молоточек — стучит в ребра, создавая шум в ушах и разгоняя кровь по венам.

Я дожидаюсь, когда он приносит свою белую футболку и закрываюсь изнутри.

Быстро стягиваю мокрую одежду и бросаю ее на пол, а затем с наслаждением залезаю под горячие струи. Мужским, но при этом очень приличным, шампунем промываю волосы и намыливаю тело. Затем смываю пену и, тщательно растерев кожу полотенцем, надеваю футболку Антона, которая прикрывает меня до середины бедра и вполне может сойти за скромное платье, и выхожу из душевой.

В доме тихо, где-то вдалеке слышится собачий перелай. Быстро переставляя ноги, я на цыпочках бегу на кухню и вижу там сидящего на стуле Антона.

Отложив телефон, в экран которого смотрел до этого, он прогуливается взглядом по моему телу, начиная с ног, заканчивая лицом, и обратно.

На мне нет белья. Бедра судорожно сжимаются.

Одернувподол футболки, делаю несколько маленьких шажочков.

— Согрелась? — спрашивает Баженов, ловя мою руку и дергая на себя, — Трахательница мозгов.

Издав испуганный смешок, в мгновение ока я оказываюсь на его коленях сидящей лицом к нему. Между нашими лицами несколько стремительно заполняющихся нашим дыханием сантиметров и крошечные электрические заряды, жалящие током кожу и собирающиеся колючим напряжением в моих сосках. Между ног, в месте, где я соприкасаюсь с жестким швом ширинки его джинсов разгорается пламя.

— Согрелась... — лепечу, машинально облизав губы.

Таращусь на его рот, потому что ни о чем, кроме поцелуев с ним пока думать не могу.

Антон, разместив обе свои ладони на моих бедрах, будто медлит. Вместе с тем взгляд его тяжелеет и наполняется густотой, которую я видела в нем всякий раз, когда мы оставались наедине. Дыхание сбивается.

— Бутерброды... — напоминает словно нехотя, — Я бутерброды сделал.

Я голодна, но не настолько, чтобы разрушить образовавшееся между нами взаимное притяжение. Не думает же он, что я променяю близость с ним на бутерброд с колбасой?