Онлайн книга «Танго с Пандорой»
|
— Я готов встречать каждый раз, сообщите только расписание, — он щурился, глядя против солнца, и улыбался в ответ. Слово за слово, выяснилось, что Киело видела его и раньше в одной компании, где были коллеги отца по генштабу. Она, кажется, приняла его за военного. Но когда он представился, девушка удивилась: — Вы русский? — Родился в России. — Он почувствовал, что у нее какой-то особый интерес к этой теме. Но решил не форсировать. Его шрамы на лице — он их получил еще во время ранения под Кронштадтом, проседь в черных коротких волосах, глубоко посаженные темно-карие глаза, смуглость кожи — все это производило общее впечатление человека, много повидавшего, находившегося не раз на грани жизни и смерти. Рискованность жизни и профессии накладывали свой отпечаток на личность и были неизменно притягательны. Запах хвои из соснового бора, пружинящая под ногами хвойная подстилка, голубика — тропинка от лодочной станции напомнила Ивану новый подмосковный дом родителей. Прощались тяжело, отец был болен, и всем казалось, что это их последняя встреча. Финский бор и запахи леса разбередили душу, и взгляд Ивана помягчел, а шедшая рядом Киело, которую он вызвался проводить, увидев в глазах этого мрачного человека задумчивую нежность, влюбилась. Первое ее замужество не принесло ей ничего, кроме разочарования. Муж, офицер, подчиненный отца, несколько раз поднимал на нее руку. В итоге отец Киело признал свою ошибку. Он навязал ей этого жениха и сам же избавил от него, отправив на границу, а затем добился развода. Киело с тех пор считала, что у нее развязаны руки, тем более она знала одну семейную тайну, которая вкупе с навязанным ей отцом замужеством не прибавляла уважения к папаше. Долго встречать и провожать Киело Ивану не пришлось. Их отношения с одобрения Центра перешли в близкие и довольно пылкие, которые они по обоюдному согласию скрывали от окружающих. Встречались в ее квартире, оставшейся у нее после неудачного замужества, подаренной ей отцом. Здесь Киело не жила, предпочитая отчий дом с прислугой и на всем готовом. Иван не планировал ее вербовать, рассчитывая пробраться рано или поздно в дом инженера и сфотографировать черновики чертежей. Потому что, со слов Киело, отец все время в своем кабинете что-то чертит. Вариант женитьбы Центром рассматривался как вполне рабочий, в случае, если не удастся проникнуть в дом, не афишируя своих отношений с девушкой. Вариант проникновения инкогнито был предпочтительнее, чтобы не оставлять следов. Но события начали развиваться так, как никто не ожидал… Иван с Киело уехали почти за сто километров от города, подальше от чужих глаз, на озеро Пяйянне на машине Киело, прицепив к крыше авто ее байдарку. Чистейшая вода, лесистые островки с песчаными пляжами, белые ночи, пропахшие хвоей и черникой, пронизанные звоном комариных стай и плеском рыбы в воде. Киело подхватила Ивана в свою машину на окраине Хельсинки, так что никто не знал о его поездке с ней. Он взял с собой рацию, сказав, что в чемоданчике рыбацкие снасти и прикормка, и, пока Киело рассекала на байдарке по водной глади, он забрался на холм и, закинув на ветвь сосны антенну, передал накопившиеся сообщения в Центр, поглядывая на озеро, чтобы его не застигли врасплох. А вечером, когда сидели у костра, накрывшись пледом и отмахиваясь от комаров, Киело вдруг сказала: |