Книга Тетрадь найденная в Сунчоне, страница 84 – Роман Ким

Через несколько часов Пен Хак вернулся в отряд с окаменевшим сердцем. На пристани, заваленной огромными кучами пепла, он встретил старушку, жившую напротив его дома, и она рассказала ему обо всем. Проходя по пустырю в центре города, он увидел обломок стены какого-то здания, на котором было выведено большими буквами: «Америка, опомнись! Позор, Америка!»

Долго стоял Пен Хак перед этим обломком стены. «Никогда не забудем. Никогда не простим. Будьте прокляты, убийцы!»

В тот же день его отряд влился в Н-скую дивизию, и она двинулась в путь. Бойцы переправились через реку и проследовали мимо вокзала Сонгёри. В спину дул ледяной ветер, пропитанный гарью. Перед вокзалом стояла машина с громкоговорителем. Как раз передавали обращение главнокомандующего. Гулко раздавался молодой, мужественный голос Ким Ир Сена:

– …Твердую уверенность в победе и неиссякаемую силу поднявшийся на справедливую борьбу за свободу, честь и независимость своей родины корейский народ черпает также в поддержке великих советского и китайского народов, народов стран народной демократии и свободолюбивых народов всего мира…

С пронзительным воем над бойцами пролетела стая реактивных истребителей и исчезла вдали. Свои!

Бойцы шли, а сзади звучали слова:

– Мщение и смерть проклятым врагам – американским вооруженным интервентам и предательской банде Ли Сын Мана!.. Слава доблестной Народной армии и героическим частям добровольцев китайского народа!.. Слава партизанам и партизанкам!.. Да здравствует единый корейский народ!..

Бойцы долго шли молча, а потом запели «Песню народного сопротивления», любимую партизанскую песню. Рядом с сожженным крестьянским домиком лежал, задрав вверх подломленное крыло, вражеский реактивный истребитель «Ф–80». На нижней стороне крыла чернели три большие буквы «USA», а на носу под цифрами была намалевана голая женщина, показывающая язык.

Бойцы остановились, чтобы пропустить вперед танковую колонну и машины, в которых стояли китайские добровольцы в длинных синих ватниках и желтых меховых шапках. Бойцы крикнули: «Вансуй!» Китайские товарищи в знак приветствия трижды подняли руки. А за их машинами проехали два грузовика с громкоговорителями. В первой машине Пен Хак увидел Ок Тан и двух пленных. Очевидно, ехали на первую линию разъяснять интервентам, каким путем они смогут спасти свои шкуры. Пен Хак окликнул Ок Тан. Она весело козырнула ему и, сложив руки рупором, крикнула:

– Я узнала… Та Зоя жива!..

А со второй машины с громкоговорителем гремел голос диктора:

– …В те дни, когда армия агрессоров шла в глубь Северной Кореи и наше положение было тяжелым, как никогда, нас вдохновляла мысль о том, что мы отстаиваем не только свою землю, но и благополучие всего человечества. Мы обязаны выстоять, чтобы не дать врагу разжечь всемирную войну!..

Бойцы громко запели «Песню освобождения» и пошли дальше – на юг.

Они знали: впереди еще много боев, еще много трудностей, еще много испытаний, но впереди – победа над врагами человечества. Свободная, независимая Корея, мансе! Мир во всем мире, мансе!