Книга Башня времен. Заброска в советское детство, страница 51 – Анджей Б., Лев Светлов

Потерянные и опустошённые, они побрели тогда домой.

Что было Воробью за потерю братова велика, Жека не помнил, но мало тому наверняка не показалось, отец его был суров. А вот брат, когда приезжал из армии в отпуск, Жеке это хорошо запомнилось, отнёсся к случившемуся спокойно: ну украли и украли. Видимо, там в армии у него успели сильно поменяться жизненные приоритеты.

Жека шагал налегке, с ним были лишь его многолетний опыт и ещё решимость. Воробей топал рядом, он уже взял себя в руки, успокоился. Под ногами шуршала трава, а над головой синело небо тысяча девятьсот восемьдесят какого-то года. Небо было такое же, как и всегда, для неба что тридцать или сорок лет, что даже четыре тысячи — так, тьфу да и только.

Размышлялось Жеке о том некрасивом факте, что он всегда завидовал крутому велику Воробья. Он очень хотел себе такой же или хоть немного похожий. Жека собирал деньги, но большой велосипед стоил рублей семьдесят, а то и больше, насобирать эту серьёзную сумму так и не получилось. Теперь Жеке думалось: может быть, от той его неудержимой ядовитой зависти вот такое с воробьёвским великом и случилось? Мысль была на самом деле странноватая, но крутилась она в голове неотступно.

Ещё Жека опасался, как бы Воробей не заметил произошедшей с ним перемены. Всё же притворяться пацаном для взрослого мужика не так и просто. Но друг его, поглощённый свалившимся на него горем, не замечал, кажется, вообще ничего.

Неизвестно, той же самой дорогой шли Жека с Воробьём, что и тогда, десятилетия назад, или какой-то другой, но вышли они на тот же пустырь, где носились в воздухе голоса и звенело, осыпаясь под ударами прицельных камней, бутылочное стекло.

Жека рассчитывал миновать это место быстрым шагом, пройти на цыганскую улицу, не теряя здесь время — не получилось.

Чумазая компания, поорав и не получив ответа, устремилась за ними и вскоре догнала. Как и тогда, старшие только бычились и наезжали на словах, а самые мелкие хватали за одежду и вовсю нарывались. Их махания руками и ногами наводили на мысль, что в домах под светлым шифером и с балкончиками, куда Жека с Воробьём собирались пробраться, уже имеется такая диковина как видеомагнитофон, и фильмы про крикливых китайцев в просторных чёрных штанах эта компания увидела и оценила. Ну вот и славно, усмехнулся про себя Жека. Вот и нашлось что-то общее. И когда особенно рьяный шпингалет стукнул сзади Жеку ногой в ногу, а потом отступил, чтобы тут же ударить ещё раз, повыше, Жека ту маленькую нахальную ногу поймал. Поймал и чуть приподнял. Мелкий тут же плюхнулся на задницу — никакой растяжкой там, естественно, и не пахло.

— Ты не представляешь, как тебе повезло! — заорал на него Жека.

Самый высокий из старших был уже рядом, надвигался на Жеку, и Жека сунул ему палец грудь:

— Ты что, его брат?

Старший что-то вякнул, но Жека спрашивал не ради ответа.

— Тогда тебе тоже повезло! — заорал Жека ему в лицо, и тот от неожиданности отшатнулся. — Ещё больше повезло!

Цыганчата всех размеров застыли в неподвижности и недоумении, только оказавшийся на земле мелкий тихо возился, не зная, подниматься ему или лучше пока полежать.

— А знаешь, знаешь, почему тебе повезло?! — продолжал Жека тыкать пальцем в своего отступившего собеседника, а заодно в тех, кто стоял рядом с ним. Никто не знал, почему же им так повезло, и Жека, не теряя темпа, стал это эмоционально и напористо объяснять: — То, что этот малыш вздумал стукнуть меня, именно меня, это не страшно, я не в обиде. Но не дай бог кому-то тронуть вот его! — Жекин палец метнулся по воздуху и уставился в Воробья.