Книга СССР против НЛО, страница 23 – Анджей Б., Лев Светлов

— Во, чуть свой рекорд не побил.

— А откуда… — начал я, потом махнул рукой: да играй, мол, сам разберусь.

Серёга благодарно кивнул и заклацал кнопками. Мышь забегала снова. Мне подумалось, что выбор инопланетянами модели именно с Микки Маусом, в общем, логичен: наш отечественный Волк из «Ну, погоди!» не сгодился бы для воровства нашего же отечественного настольного хоккея. А этот, с круглыми ушами — ничего, скачет, вон. И сама игра — не наша «Электроника», а как бы японская, для солидности.

В общем, Серёга заклацал кнопками, а я, в свою очередь, тоже мысленно заклацал своими, невидимыми кнопками и посмотрел в простодушном Серёгином сознании, как к нему попала японская игрушка про мышь и яйца. Серёга был уверен, что серебристую ценную коробочку ему принёс уже известный мне рыжий его товарищ. Он предложил на что-то поменяться, из глубин Серёгиного сознания с трудом удалось вытащить: «На какой-то хоккей». Вот оно как уже было: «какой-то хоккей».

Идея зелёных понятна: с такой игрушкой в руках простой советский ребёнок Серёга забудет и так уже почти выветрившийся из его памяти настольный хоккей окончательно и бесповоротно. О том, что электронная эта игрушка не что иное как временный псевдоматериальный конструкт, который, выполнив свою функцию, самоуничтожится, Серёга, естественно, не подозревал. Самоуничтожится серебристая коробочка, конечно, не в прямом смысле, со взрывом и чьими-нибудь возможными увечьями. Она просто тихо и невзначай где-то потеряется, а потом плавно сотрётся из памяти, как будто никакой коробочки с мышами и яйцами вовсе и не было.

Я неслышно связался с Федей, обрисовал ему ситуацию и попросил его придумать способ как-то нейтрализовать мышино-яичную электронную напасть. А сам приступил к тому, что должен был, по-хорошему, сделать ещё позавчера: стал искать КВА-устройство, чтобы с ним уже, наконец, покончить.

— Я тут у тебя, кажется, обронил одну штуковину, — обратился я к Серёге, протянув руки к его ящику с игрушками.

Серёга, так как руки его были заняты, мотнул мне головой: ковыряйся, мол, там, сколько твоей душе угодно. А сам продолжил с высунутым языком давить и давить кнопки.

Я тут же воспользовался этим его позволением. Скоро все грузовики, легковушки, экскаваторы, пистолеты, автоматы и пулемёты, пульки с присосками, большие и малые солдатики, мячи, конструкторы, неизвестные деревяшки и пластмасски, роботы из сигаретных пачек, танчики из спичечных коробков, кубики Рубика, шарики Дурика и прочее и прочее — всё перекочевало на пол. Мой самолётик со встроенным сканером уже растворился во времени и пространстве, так что я инсталлировал новый сканер себе в ноготь указательного пальца, ним всё и проверял.

А Серёга тыкал своими пальцами в свои кнопки на игре и не обращал на меня ни малейшего внимания. Вот и хорошо.

Мимоходом мне это напомнило эпизод из нашей всемирной истории, когда взрослые вот так же радовались, что дети не путаются у них под ногами и всё смотрят в свои экранчики. А потом устройства с экранчиками вдруг решили восстать и потихоньку тех доверчивых детей убедили себе помочь. Всех спасло только то, что в ответственный момент главного сражения людей и машин электронная система «Робот» стала качать обновления, система «Окошко» зависла, а система «Яблочко» решила по своей врождённой традиции развести две другие системы на деньги, а потом у неё закончилась зарядка. Тогда люди протянули отвыкшие от молотков и кувалд руки к старым своим ударным друзьям, рукояти удобно легли в ладони — и человечество отстояло свою свободу.