Книга Темные Пути, страница 108 – Сергей Удалин, Анджей Б.

— Ну что ж, если орденские прихвостни забыли уговор, придется пойти и самим напомнить им обо всем.

— Я поддерживаю Горгу, — Рухат благосклонно наклонил голову, сдвинул назад височные роговые пластинки и, в знак полного согласия, расслабил оба хвоста.

— Доблесть твоя, могучий Горга, известна всем, — раздался голос одного из старых нахтов. — И никто не сомневается, что тебе удастся увлечь за собой лесного архонта великого Нанта и его многочисленную стаю. Однако защитная полоса, которую мы видели, говорит о том, что Орден выделил немалые силы на поддержку фраям — сами они не способны на такое…

— Это очевидно и без твоих глупых предостережений, старик! — резко и грубо прервал Рухат. — Не выдавай свою трусость за осторожность и заботу обо всемнашем народе.

В следующий миг сработали защитные инстинкты старого нахта. Он скукожился, свернулся в клубок, кожа покрылась прочной коркой, сквозь которую выступили острые ядовитые шипы. Рухат отреагировал на это презрительной усмешкой и начал неторопливо выпрямлять сочленения, быстро увеличиваясь в размерах. Щелк — кожа на хребте разошлась в стороны, высвободив дюжину жуткого вида крюков и клешней. Сейчас болтавшиеся спереди две человеческие руки напоминали отростки-бородавки, совершенно неуместные на огромном многосуставчатом теле. Архонт ползунов Рухат навис над старым нахтом, выбирая место для удара.

Все присутствующие напряглись, самые неопытные тоже начали перевоплощаться, не в силах совладать с реакциями собственного организма. Трульха вдруг разжижился и впитался в землю, вмиг превратив сухой участок в гнилое болотце. Расслабленным и невозмутимым остался лишь весело осклабившийся Горга.

Архонт воздуха Фригль взлетел повыше, сравнявшись с раскачивающейся в воздухе верхушкой тела Рухата, и протрубил неожиданно мощным и низким голосом:

— Всем успокоиться! Сход еще не закончен! — между растопыренными во все стороны щупами протрещало несколько электрических разрядов.

— Тихо, я сказал! — молния сорвалась с кончика одного из щупов и ударила в землю перед особо ретивым пустынным нахтом, собравшимся высушить расплывшегося Трульху горячим воздушным потоком из своей клоаки.

Луфф

— Глянь, Луфф — опять разлетались!

Бо и сам вряд ли верил, что это серьёзно. Слишком часто появлялись сегодня на краю леса разведчики нахтов, и каждый раз при малейшей опасности быстро скрывались в зарослях.

— И что, теперь не ужинать из-за них прикажешь? — так же лениво ответил я. — Помельтешат немного и успокоятся. Не впервой.

Скучным занятием оказалась эта война. В походе было куда интереснее. То сам в болото провалишься, а то ещё и поможет тебе какая-нибудь мерзость. Романтика! А тут — сидишь и ждёшь неизвестно чего.

— Да нет, вроде в нашу сторону летят, — удивлённо пробормотал глыбарь. — И не те козявки, что давеча безобразничали. На настоящих нахтов похожи.

— Ой, да много ты их видал!

— Да уж побольше, чем ты! И не только слизняков болотных, с которыми даже городской недоумок справиться может.

Что-то уж слишком он завёлся. Пожалуй, стоит взглянуть, из-за чего наш непробиваемый староста так разнервничался.

Я повернулся и посмотрел, куда указывал Бо.

Надо же, и в самом деле что-то затевается! Десятка два летучих бестий довольно внушительного размера быстро приближалась к нашей линии обороны. То есть, не совсем к нашей — к веркуверской. От привычки считать орденских врагами за пару дней не избавишься.