Книга Темные Пути, страница 109 – Сергей Удалин, Анджей Б.

Может, отогнать этих летунов? Так вроде никто не просит. Я привычно оглянулся на Права — не передавал ли папаша каких приказаний? Нет, молчит, даже в мою сторону не смотрит. Значит, не моего ума дело. Ну и ладно.

— Гляди, гляди — крылатые навстречу вылетели! — не унимался глыбарь. — Сейчас зададут им жару!

Ну вот, я ж так и думал, что без меня справятся. Стоило из-за пустяков шум поднимать?

— Ага, не нравится! — продолжал чему-то радоваться Бо. — Термовик — это вам не игрушка!

И тут же снова забеспокоился:

— Вот зараза! Двое всё-таки прорвались.

Нет, видно, не дадут мне сегодня поесть спокойно!

Я снова повернулся к кипевшей в небе драке.

Одного из прорвавшихся нахтов орденцам уже удалось завернуть, и теперь он, петляя, уходил от погони. Зато второй пролетел прямо над веркуверским фортом и сбросил вниз какой-то мохнатый шар. Спрашивается, зачем? Я подождал пару мгновений — может, там что-нибудь взорвётся или хотя бы загорится — ничего похожего. Толькозасуетились орденские ещё сильней, чем прежде. И почему-то их стало хуже видно, как будто на форт вдруг опустился туман.

— Да это же смершни! Он, гад, гнездо смершней к ним забросил! Что ж ты стоишь, Луфф?

Что-то в голосе глыбаря мне не понравилось. Уж не напуган ли он, случаем, наш могучий храбрец?

— Да ты объясни лучше, кто это такие?

— Сейчас узнаешь, — мрачно сказал Бо. — Второй-то прямо к нам летит.

И в самом деле — шестикрылый остроголовый нахт, заложив очередной вираж, стремительно приближался к нашему укреплению. Двое крылатых веркуверов, отстав на повороте, пытались его догнать, но явно не успевали. А в прижатых к брюху передних лапах беглеца виднелся такой же шар. Или не такой — какая разница?

— Сбей его, Луфф! — закричал мне в ухо прибежавший откуда-то Тляк. — Скорее! Чего ты тянешь?

— Опасно. Своих могу зацепить.

— Тоже мне, нашёл своих! — чуть ли не зарычал карлюк. — Сбивай, кому говорят!

Наконец, между нахтом и его преследователями образовался небольшой просвет, и я тут же закатил летучей твари свою любимую воздушную оплеуху.

Беднягу отбросило в сторону, закрутило, и он, потеряв ориентировку, с разгона врезался в стену форта. Не думаю, что он очухается после такого удара. Вот только шар…

Вырвавшись из лап нахта, он медленно, как-то нехотя, перевалился через край частокола и радостно запрыгал по чуть примятой траве шагах в двадцати от меня. Незнакомый смазль тут же подскочил к шару, или вернее, клубку из переплетённых стеблей, поднял его и размахнулся, чтобы перебросить обратно через стену. Но не успел.

Из маленького отверстия в нижней части клубка вырвалась тонкая струйка пыли и рассыпалась, столкнувшись с коленом метателя. Тот заорал, будто ему бревно на ногу уронили, и выпустил снаряд из рук. Шар снова покатился по траве, а из него продолжали выскакивать небольшие облачка серебристой пыли, с лёгким мелодичным гулом разлетаясь во все стороны.

— Смершни! — охнул кто-то у меня за спиной и тут же сам заорал благим матом.

Да ё-о-о!.. У-у-у!.. А-а-а!..

Меня никогда раньше не ели заживо, и оказалось, что это очень неприятно. Больно это, чёрт побери! Эти сволочи как будто разрывают тебя на части, а ты даже отмахнуться не можешь. Потому что их почти не видно.

— Лу-у-уф! — взревел Бо, упал на спину и принялсякататься по траве, пытаясь раздавить насекомых.