Книга Темные Пути, страница 76 – Сергей Удалин, Анджей Б.

Еще два шага — веркувер, шедший сзади, рухнул лицом вниз, не проронив ни звука. Дюнн скорчил обеспокоенную мину:

— Ой-ей, проводник!

— Что там? Не останавливаться! Потом спросишь!

— Да тут коллега твой, кажись, издох!

— Чего? Твою мать!

Как и рассчитывал Дюнн, караван приостановился в зоне наибольшей активности. Больше десяти минутздесь не выживали даже веркуверы. Пока веркувер-проводник безуспешно пытался привести в чувство напарника, Дюнн определил двух наиболее устойчивых мальчиков. Пока изменения их не затронули совершенно. Мальчики стояли рядом друг с другом, с удивлением и страхом глазея на творившийся вокруг кошмар.

Чей-то глаз на отросших тоненьких лапках запрыгнул на штанину одного из мальчишек и начал карабкаться вверх, поближе к лицу. Паренек побледнел, но без колебаний принял единственно правильное решение — стряхнул глаз и раздавил его ногой. Сейчас же в стороне раздался дикий вопль бывшего обладателя ползучего глаза.

— Ты ослепил меня, скотина! — многосуставчатые лапы с кривыми черными ногтями потянулись к мальчику.

— То, что надо, — кивнул Дюнн. — Переход выбрал.

Три прыжка по телам корчащихся на полу людей — и Дюнн оказался рядом. Хрясь! — уродливое создание, уже уцепившееся за одежду мальчишки, враз осунулось наземь. Дюнн отбросил в сторону голову, из которой капало что-то, уже совсем не похожее на кровь.

Паренек посмотрел на спасителя с искренней признательностью.

— Жить хотите? Оставшись собой, а не глазами на лапках.

Мальчишки молча кивнули.

— Держитесь! — Дюнн протянул вперед руки. Один мальчик вложил ладонь в правую руку Дюнна, другой — в левую.

Я жду, Волосок. Не жмись, отрастешь еще. Станем дружной семьей, ха-ха. Троицей. Пока троицей.

А вслух Дюнн сказал:

— Во мне есть могущество, которым я поделюсь с вами. Оно сохранит и защитит вас, но, вместе с тем, подчинит мне. Однако обещаю, что жалеть не придется. Веркуверы убили моего сына. Вместо того, чтобы воспитать его правильно, они просто прикончили испуганного несмышленыша. Теперь вы — мои дети.

Пока Дюнн говорил, а мальчики, не знавшие даже слова такого — «родители», недоуменно хлопали глазами, волосок делал свою работу. Скоро слова стали не нужны. Разделившись, волосок слил три сознания воедино.

* * *

Переход выплюнул их в предрассветный сумрак. Вокруг расстилались укутанные низко стелющимся туманом болота. Кривой холм с пещерой, из которой они только что вывалились, гигантской бородавкой возвышался среди топей.

— Это и есть Загород? — удивленно подумал Правый.

— Что, не по-веркуверски? — усмехнулся Дюнн.

— Ожидал застав и конвоев? — вступил в беззвучный разговорЛевый. — Одно дело Переход, откуда и бежать-то некуда, и другое — такие вот просторы. Свобода! А в караванах ведь треть народа — осужденные. Это на двоих проводников-то.

— Некуда здесь бежать, Левый. И свобода эта ложная. Шаг в сторону — и поминай, как звали. По этим болотам только веркувер сможет пройти. Где природа сама не озаботилась, там стоят хитрые ловушки. Так что все буйные, которые вздумают бежать, здесь и останутся. Ненужные, значит, сами по пути отсеиваются, а до орденской крепости доходят только смирные. И ты не забывай, что мозги у большинства уже шиворот-навыворот. Кто час назад собирался бежать, после Перехода может сделаться верным псом. И в душе, и снаружи, ха-ха!