Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 102 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

Было приятно, что Удилов делится со мной столь откровенными соображениями. Значит, действительно доверяет. Что до здоровья Цвигуна, я помнил еще из гуляевской реальности, что история там мутная. Поначалу Семен Кузьмич действительно болел раком легких, однако еще в 1971 году академик Михаил Перельман успешно его прооперировал и спустя десять лет на медицинском консилиуме заявлял коллегам, что рецидива нет и пациент не болеет раком. В январе восемьдесят второго Цвигун покончил жизнь самоубийством, якобы не смог выдержать боли и мучений. При этом в свидетельстве о смерти зафиксировали «сердечную недостаточность». В общем, история, мягко говоря, странная. Есть над чем подумать.

— Леонид Ильич всегда оправдывает ожидания старых друзей, — заметил я, поддерживая надежды Удилова. — Но я понимаю, Вадим Николаевич, что Семена Кузьмича беспокоит ваш быстрый карьерный рост…

— А вы думаете, ваш быстрый карьерный рост его не беспокоит? — Удилов сделал ударение на слове «ваш». — Но вряд ли он будет трогать любимца Генерального секретаря. Вы уж простите, Владимир Тимофеевич, я нисколько не умаляю ваших заслуг, только озвучиваю страхи многих наших начальников, причем теми же словами, какими пользуются они сами. И сейчас складывается ситуация тоже двойственная. С одной стороны, если вы что-то раскопаете на моих подчиненных, то проблемы будут у меня. А если вы ошибетесь — то у вас.

— И что же мы будем делать? — задал я вопрос в лоб.

— Вы ведь наверняка уже имеете идеи на сей счет и хотите что-то предложить? — слегка усмехнулся Удилов.

— Мне кажется, что пока имеет смысл поступить, как махровый бюрократ, и затянуть дело по формальным причинам, — я тоже усмехнулся. — В этом случае появляется дополнительное время для маневра.

— Вот видите, мне даже советовать вам ничего не надо, сами все знаете, — вполне удовлетворившись моим ответом, кивнул Удилов.

— Кстати, Вадим Николаевич, у меня еще один вопрос. А если у Цвигуна под носом завелся шпион, и он проморгал его, что в этом случае ожидает Цвигуна? У меня есть некоторые предположения, но хотелось бы услышать и ваши.

— Видите ли, Владимир Тимофеевич, с Цвигуном не все так просто. Семену Кузьмичу обычно все сходит с рук. Он просто переведет вину на неугодных ему людей. Подозреваю, что на Маркелова и Крючкова, раз в последнее время между ними возникло некоторое недопонимание. И заодно постарается замарать Цинева. Правда, свалить Георгия Карповича у Цвигуна не получится, но, как говорится, осадочек останется.

— Да, злейшие друзья — это серьезно, — не удержался я от сарказма. — Спасибо, Вадим Николаевич за содержательные ответы.

— И вам спасибо, Владимир Тимофеевич. За содержательные вопросы, — Удилов встал, подал мне руку.

Я пожал его сухую, крепкую ладонь и вышел. Посмотрел на часы. До обеда десять минут, пока можно проверить, как дела у Карпова и Злобина.

Спустился на первый этаж, прошел в крыло, которое занимало Управление собственной безопасности. Ребята вместе сидели за одним столом. Андрей что-то диктовал Дане, тот стучал по клавишам. При моем появление оба встрепенулись, хотели встать.

— Сидите, сидите, ребята, работайте, — я махнул рукой, останавливая порыв. — Не тратьте время на все эти условности. Есть что доложить?

— Пока не слишком много. Вот, взгляните… — Даниил вывел на экран недавно созданный массив данных. — Все обращения, назовем их так, можно разделить на три группы. Первая группа — это заведомые анонимки. То есть сигналы не подписанные вообще, либо подписанные вымышленными именами. Обычно такие заявления не рассматриваются, но в нашем случае им почему-то дали ход.