Книга Телохранитель Генсека. Том 6, страница 29 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

Второго я видел в Комитете, но никогда с ним не сталкивался раньше. Ограничивался сухим кивком при встрече в коридорах Лубянки. Он разительно отличался от Веселовского. Грузный мужчина с лоснящимся круглым лицом и маленькими поросячьими глазками. Нос картошкой был в каплях пота, которые он то и дело промакивал носовым платком. Это подполковник Соболев — начальник первого отделения Шестого управления — контрразведывательное обеспечение предприятий атомной энергетики.

— Ага, проверка проверяющих! — Веселовский саркастично хмыкнул. — Даже не прошу прощения за тавтологию. Новая метла пришла у нас подмести?

— Провокация конфликта на пустом месте. Проверяете, пойду ли я на обострение? Глупо, подполковник, — ответил ему. — Все, что я хочу проверить, это информацию о диверсии.

— Диверсия срежиссирована в рамках учений. Роль диверсантов выполняют бойцы группы «Альфа», — ответил полковник Зайцев. — Не вижу причин для беспокойства.

Тут открылась дверь. Вошел Газиз. За ним влетела фигура в комуфляже, с мешком на голове и связаннымиза спиной руками. Следом вошли Кобылин и боец подразделения «Альфа».

— И как это понимать? — спросил Зайцев. — Что это за явление?

— Товарищ подполковник, сотрудники УСБ обнаружили обездвиженного человека в трехстах метрах от командного пункта в канаве предзонника АЭС. — доложил боец.

Кобылин сдернул с головы «найденыша» мешок и мы увидели совершенно обалдевшее лицо солдатика срочной службы. Во рту у него торчал кляп.

— Ну, рассказывай, что произошло? — спросил Зайцев.

— Кобылин, вытащи кляп, — распорядился я.

Задержанный замялся, но, сумел взять себя в руки и доложил:

— Рядовой Манин. Как обычно, заступил в наряд в восемнадцать часов. При движении по маршруту ничего подозрительного не обнаружил.

— Тогда каким образом оказался в мешке, в канаве и связанным? — Рявкнул подполковник Соболев.

Солдатик покраснел, опустил глаза.

— Там я увидел… — пролепетал он, — двух гражданских. Я их немного знаю, они работают где-то в предзоннике. Допуск есть, все как положено. Попросили прикурить. Полез за спичками в карман, и меня чем-то ударили. Больше ничего не помню.

— Твою ж мать! — выругался Зайцев и метнулся к телефону. — Начальника караула ко мне! Что за блядство у тебя происходит? Учения еще не начали, а у тебя уже солдатика с поста сняли. Ты понимаешь, что это значит? Это проникновение на объект. Немедленно тревогу, караул в ружье. Свяжись с нашими… — он подождал с минуту — пока соединяли — и заговорил уже другим тоном:

— Операция отменяется. Объявляю режим «Омега».

— Кажется, — я повернулся к экранам, на которых застыли безмолвные картинки периметра, — наши учения только что перешли из теоретической фазы в самую что ни на есть практическую. И условия максимально приближены к боевым. Особенно, учитывая важность объекта.

Время будто спрессовалось, стало тягучим. Счет шел на минуты. Это понимали все. Ожидание длилось минут пятнадцать.

Наконец, открылась дверь и в комнату втолкнули еще троих в камуфляже и с такими же экспедиционными рюкзаками, как у альфовцев, которые привели диверсантов.

— Капитан Иванов. Товарищ полковник, разрешите доложить?

— Докладывай, капитан, — кивнул полковник Зайцев.

— Взяли этих троих в реакторном зале, на подходе к кожуху второго реактора. Если бы приказ дали двумя минутами позже, мы бы прошлимимо, приняв их за своих.