Книга Телохранитель Генсека. Том 7, страница 42 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

— Ну что, — он справился с кашлем, глотнул еще воды и продолжил:

— Раз вопросов нет, приступаем к голосованию.

— У меня вопрос! — послышалось из зала.

— Так, третий микрофон, пожалуйста, включите, — потребовал Соломенцев.

К микрофону подошел эдакий моложавый, даже я бы сказал, молодящийся депутат с комсомольским значком на лацкане пиджака.

— Семченко Иван Сергеевич. Секретарь комсомольской организации Ивановского станкостроительного завода. Раз мы тут определились, что голосуем списком, — начал руководитель Ивановских невест, — то и вопрос по списку. Почему у нас наблюдается перекос в сторону силовых структур? Тут мы с товарищами посчитали — и вышло, что сорок пять процентов новых членов ЦК — это выходцы из КГБ, МВД и Вооруженных Сил. Объясните, чем это вызвано? У нас идет разрядка международной напряженности? Или, все-таки, готовимся к войне?

Леонид Ильич поднял руку и сказал в микрофон:

— Я хотел тут немножко возразить молодому нашему товарищу. Что, к сожалению, несмотря на разрядку и подвижки в международной политике, война против нас идет. Постоянно, бесконечно. Война эта холодная. Вы все помните, что у нас произошло на Белоярской АЭС? И только слаженная работа наших чекистов позволила избежать большой беды. И поэтому этих людей мы избираем в наш Центральныйкомитет. У кого-то еще есть вопросы?

Вопросов ни у кого больше не было.

Вечером после завершения конференции состоялся банкет. Очень скромный даже по советским меркам. Леонид Ильич сказал, что устраивать гуляние перед завтрашним пленумом не стоит.

А «комсомолец», кстати, тоже попал в ЦК КПСС. Пока кандидатом, а не полноправным членом, но я всё равно удивился. Тем более после того, как Леонид Ильич накануне поставил его на место.

Вдобавок на банкете Леонид Ильич два раза «ошибся», перепутав его фамилию. Хотя Семченко — запомнить легко, ничего трудного. Но я достаточно знал Генсека, чтобы понимать — он так говорил специально.

— А почему я не вижу за столом Пастухова? — поинтересовался Леонид Ильич у «комсомольца».

— У нашего комсомольского вождя больная печень, он отпросился, процедуры нужно пройти, — объяснял Семченко. — А так мы с ним тандемом идем. К сожалению, сорок пять лет заставляют обращать пристальное внимание на здоровье.

Понятно, что сказал он это с намеком на предпочтительность его собственной кандидатуры. А я в этот миг прочел мысли Устинова: «Этот далеко пойдет, если милиция не остановит». При этом Дмитрий Федорович брезгливо посмотрел на комсомольца.

— Антипартийную группу организуете? — Леонид Ильич по-доброму усмехнулся. — Теперь у нас в ЦК комсомольская молодежь будет заседать?

На месте «ивановца» я бы напрягся после такой улыбки в контексте разговора. Но тот, похоже, не уловил намека, считая шутку совершенно безобидной. Ну конечно ж, избрали в ЦК, поймал Бога за бороду, ну-ну…

— Ну что вы, Леонид Ильич! Комсомол всегда партии подставляет плечо! — бодро возразил ивановский комсомолец.

— А вообще у нас есть определенные интересы… — начал он, но Брежнев его не слушал, а уже повернулся к Устинову с какой-то новой темой.

Я, скорее всего, предвзято отношусь к таким вот молодым и шустрым, но очень хорошо знаком с этой породой молодых карьеристов. После перестройки они полезли из всех щелей. Первые ломбарды, первые кооперативы, видеосалоны под «крышей» райкомов. Позже — МЕНОТЕП. И можно бесконечно перечислять все эти «Онэксим-банки» и так далее, так далее.