Книга Военный инженер товарища Сталина 3, страница 38 – Анджей Б., Виктор Жуков

— Опять слово «должен». Вот как-то не по себе оно мне.

— Тебя в новой переброске будет дублировать второй запасной саркофаг. Специалисты разработали схему маршрута таким образом, что, если барокамера снова выбросит тебя и пойдет гулять по историческим эпохам планеты в поисках модуляции Александра, то резервный саркофаг тотчас включится автоматически. Пока ясно выражаюсь? Формально, по сути, запасной саркофаг заберет тебя назад, сюда, к нам.

— А барокамера?

— А она, черт бы ее побрал, снова начнет искать вектор Александра в твоем, сорок третьем годе.

—Там, вероятно, за это время, что я здесь у вас, уже не сорок третий. А сорок четвертый.

— Возможно, и весь сорок пятый, ты прав — мы не знаем. Но то, что барокамера должна… — он осекся, — нет, не должна, а именно забросит тебя в день твоего отбытия оттуда — это факт. Мы настроили вектор на точную дату твоего исчезновения из вашего мира. Мира сорок третьего года. Помнишь, как это произошло?

— А как же.

— Давай, проверь сам себя. Продублируй память.

— Это случилось, когда мы остановились на ночной привал… — Игорь назвал дату и месяц. — Я в тот вечер у костра показывал фотографию своей семьи. К солдатам привел меня некий Борис. Ваш Александр называл его Борькой. Был еще Алексей, которого Борис называл Лешкой. И, собственно, ваш Саша. Тот инженер вашего Института, вместо которого меня забрала к вам сюда барокамера.

— Пока все верно. Дальше.

— А что дальше? Мы посидели у костра. Колонны войск и массовое передвижение техники — вся эта громада наступала на Курской дуге. Моя эскадрилья должна была пополниться новыми самолетами — для того мы и прибыли в расположение Курской дуги из Мурманска.

— Это ты рассказывал. Что дальше?

— Дальше заснули. Вокруг горели сотни и сотни костров — ведь мы были в арьергарде наступающей армии Ватутина. Помню, спали крепко. А утром налетели немецкие асы. В небе над нами развернулся воздушный бой. Посыпались бомбы. Кругом все вздымалось от взрывов, дрожало, рушилось. Одна авиабомба попала в машину. Ранило Борьку. Это последнее, что помню. Вроде бы еще перед глазами промелькнуло, как Алексей грузит раненого Борьку в кузов санитарной машины.

— А Саша?

— А ваш Александр в это время, вдруг у меня на глазах стал расплываться в тягучую каплю. Знаете, такую — словно ее растянули из пластилина? Не могу объяснить. Короче, его стало засасывать в воронку.

— Вот тут у тебя пробел, братец мой.

— Почему?

— Ты неверно истолковал ход событий. Не Сашу стало засасывать в воронку, а, напротив, тебя. Александр остался на месте помогать Алексею, грузить в санитарную машину их друга Борьку. А вместо Саши в портал времени засосало тебя. Иным словом, барокамера, доставившаяего к вам, на Курскую дугу, дала тогда первый сбой. Тот самый сбой, который приведет затем к неисправности автоматики. Барокамера просто перепутала ваши с Александром векторы модуляций. Вместо него она взяла пассажиром тебя. Он остался там, а тебя саркофаг портала времени вернул сюда. Вы, как бы это сказать, м-м… — он щелкнул пальцами, подыскивая слово, — взаимозаменились, что ли? — Потом махнул рукой. — В общем, кому я рассказываю? И сам мало чего понимаю. Фигурально выражаясь, потом барокамера и стала носиться по эпохам, отыскивая вектор своего пассажира — нашего Саши. И да, ты прав. Сейчас для него там может быть и сорок четвертый год, а то и весь сорок пятый. Виток-то истории рванул совершенно иным путем эволюции. Там сейчас у вас может, и война уже закончилась. И не Гитлер у власти нацистов, а кто-то другой. И твоим Советским Союзом руководит не Сталин, а, скажем, м-м… ну, к примеру, тот самый Берия.