Онлайн книга «Одинаковые. Том 2. Гимназисты»
|
Следующим по расписанию был урок физкультуры. После нудных занятий по математике и латыни мы с братьями только и ждали возможности размяться. В спортивном зале нас встретил надзиратель — Пётр Иванович Фурсин, мужчина суровый, с аккуратно подстриженными седыми усами и тяжёлым, пронизывающим взглядом. Казалось, он умел насквозь читать мысли. — Сегодня, господа, у нас особое занятие, — объявил он и обвёл всех строгим взглядом. — По случаю хорошей погоды проведём матч по киле. Это старинная игра, вы уже знакомились с ней пару раз, а теперь сыграем на улице. В столице её начали возрождать, вот и мы поддержим начинание. В Киле можно и руками мяч передавать,и ногами бить. Началось формирование команд: капитаном первой стал Поярский, капитаном второй — Орлов. Поярский тут же выбрал своего верного помощника Проскурина — мы с братьями помнили их прошлые выкрутасы, поэтому знали, что матч лёгким не будет. Капитан нашей команды, 17-летний Михаил Орлов, быстро оценил наши с братьями навыки и ловкость, и включил нас в основной состав: — Горские, будете в нападении. Илья — левый край, Алексей — правый, Никита — центр. На поле вышла команда Поярского — видно, что настроены быстро прижать нас к воротам. Проскурин, как всегда, играет жёстко и грязно. Матч начинается. Мы с братьями держимся вместе, прикрывая друг друга. Кожаный мяч тяжёлый, увесистый — то летит по воздуху, то катится по земле, оставляя борозды на утрамбованном поле. Поярский ведёт свою команду в атаку… В одном из эпизодов наш однокашник Ваня Соколов — хоть он и старше нас, но щуплый и не слишком опытный — получает мяч. Движения у него неуверенные, видно, что нервничает под давлением. Проскурин, почуяв слабину, бросается наперерез. Ваня пытается удержаться, но против силы и напора ему не устоять: Проскурин врезается в него с такой силой, что раздаётся хруст, и поле замирает. Ваня падает — нога вывернута под неестественным углом, по лицу катятся слёзы, лоб покрывает испарина. Мы с братьями первыми оказываемся рядом: — Ваня! Надзиратель сразу вызывает врача. Тот осматривает ногу, качает головой: — Серьёзное растяжение связок. Игра останавливается, на поле тишина, пока Ваню уносят в медпункт. Мы с братьями чувствуем себя виноватыми: не уберегли. Проскурин ухмыляется, но Поярский резко отчитывает того за грубость — и ухмылка тут же гаснет. В лазарете Ваня лежит на кушетке, нога забинтована, а мы сидим рядом, пытаясь поддержать парня. Заходит Михаил Орлов: — Ребята, вы показали себя достойно. Травма Ивана, не только ваша вина, игра то ведь командная! А Поярский и Проскурин, хоть и выиграли матч, потеряли часть уважения одноклассников, да собственно и так к ним все относились с предубеждением. Возвращаемся в раздевалку с тяжёлым чувством — понимаем: настоящая сила команды не в победе над соперником, а в том, чтобы всегда стоять друг за друга. В этом и есть суть настоящего командного спорта. На перемене к нам подошли два брата-акробата.Не братья по крови, конечно, но по своей дебильной натуре явно имеют как минимум духовное родство. Всё началось на перемене в просторном зале — по-современному я бы назвал это помещение рекреацией. Атмосфера там была натянутая до предела. Мы с братьями стояли напротив надменных аристократишек — Проскурина и Поярского. Всё началось с того, что, проходя мимо нас, Поярский намеренно столкнул сумку с учебниками Никиты, и книги и письменные принадлежности рассыпались по полу. Никита не выдержал и обозвал его дебилом. Это едкое замечание в адрес дворянского сынка вывело того из себя. Проскурин, привыкший к преклонению, воспринял это как личное оскорбление. |