Книга Одинаковые. Том 2. Гимназисты, страница 113 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

— Вот и всё, — сказал я спустя пару часов, выходя из гимназии. — Из-за этих ублюдков нас сегодня могли запросто отчислить, и все наши старания пошли бы коту под хвост.

Но на выходе нас уже ждали знакомые лица.

— Горские, сюда идите, — раздалось с намеренно издевательским рычанием.

Ну что ж, просят — подойдём. Мы ребята не гордые, мел мелькнуло у меня в голове. Тем более, что основным заводилой был Поярский…

Услышав рычащий голос и увидев пятёрку рослых семнадцати-восемнадцатилетних парней во главе с Проскуриным и Поярским, я на миг вспомнил своё прошлое — как примерно в этом же возрасте меня избили в той самой, прежней жизни. Было это уже много лет назад. Тогда я не мог дать отпор ублюдкам, что решили покуражиться надо мной, а были они тоже на порядок старше. Отделали тогда меня знатно.

После того случая я взялся за своё физическое развитие всерьёз, под руководством деда, который воевал в Великую Отечественную в спец войсках, оттачивал передаваемые мне приемы рукопашного боя. Но дед, волею случая служивший не в обычной пехоте имел специфическую подготовку, направленную скорее на быструю и бесшумную ликвидацию противника. Поэтому, для обычных дворовых драк мои навыки впитанные за годы тренировок не подходили от слова совсем, и дед часто предупреждал: — Если ты, Андрей, начнёшь в полную силу использовать свои знания против мальчишек, то после драки останутся трупы, а ты поедешь в колонию для несовершеннолетних. Так что думай головой, прежде чем пускать в ход кулаки.

Сейчас, глядя на двух ухмыляющихся аристократов и их трёх прихвостней, которых мы с братьями только недавно отделали в рекреации, я думал о том, как бы не загубить все свои начинания в том случае, если после драки будут трупы. Даже если мы перенесем потасовку в укромное место, свидетели всё равно найдутся, а доброхоты тут как тут — направят ищеек по нашему следу.

— А там чемодан, вокзал — и здравствуй, канадская граница? Нет, не хочется мне всё ломать из-за этих ублюдков! — подумал я.

Но смотреть, как они упорно пытаются нас прогнуть, тоже желания не было. Не понимаю — на кой-чёрт мы им сдались? Считаете себя пупами земли, докапываетесь до всех слабых? А ведь перед вами — по сути, дети. Вам по семнадцать лет, уже и женилка выросла, а вы докапываетесь до девятилетних пацанов, пусть те и выглядят старше, да и мозги, как выяснилось на занятиях в гимназии работают получше многих.

Что эти два гаврика уже нарыли про нас, мне было известно. Свистунов не так давно вызвал меня к себе, сообщил, что нашей троицей интересовались и запрашивали личные дела. Отказать таким людям, что явились в гимназию по нашим душам, руководство не могло — как ни крути, а Павел Алексеевич понимал,чем это пахнет.

— Ну что, Горские, — сказал Проскурин, — опять будете прятаться за юбками преподавателей?

— Проскурин, ты хоть одну юбку сегодня видел в тот момент, когда удирал от неприятностей, после нашей «дружеской» оплеухи? — Лёха ухмыльнулся, посмотрев тому в глаза.

Проскурин насупился и покраснел. В его глазах метались искры злости, он хотел было шагнуть вперёд, но более опытный в подобных конфликтах Поярский придержал его за плечо, давая понять, что спешить не стоит.

По лицам этих ушлёпков было ясно — отступать они не собираются. Инцидент в рекреации они восприняли как досадную случайность, и, похоже, до их тупых голов ещё не дошло, что связываться с братьями Горскими себе дороже. Без лишних слов вся пятёрка двинулась на нас, и основной угрозой были, конечно, трое крепких подручных из мещан.