Книга Одинаковые. Том 5. Атлантида, страница 43 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

— Лебедев? — нахмурился Кулагин. — Похоже, знаю. Слышал я про этого типа.

Меллер кивнул.

— Именно так. Ходят слухи, что он работает на французов.

Вопрос требовалось решать незамедлительно, пока мы находимся здесь, в Москве.

Темная ночь опустилась на Первопрестольную. Мы с Никитой и командой бойцов выдвинулись к особняку Лебедева. Хоть он и находился в центре города, но соседство с парком позволило нам подобраться к нему незамеченными. Операцию начали около трех часов ночи. Забор преодолели без каких-либо затруднений. На территории бегали два пса, которых вывели из строя мясом с препаратами. Бойцы, словно тени, растворились в темноте, занимая свои позиции вокруг дома. Окна особняка были темны — видимо, все его обитатели уже спали.

Проникали в дом одновременно через главный и черный входы. Охрана из трех человек, которую Лебедев держал на первом этаже, не смогла оказать парням сопротивления. Внутри дома царила тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием бойцов. Мы проверили каждую комнату. Прислуги, на удивление, было немного — всего три человека, располагавшихся в отдельных комнатах на первом этаже. Пришлось их вырубить, чтобы исключить ненужных свидетелей. Очнутся через несколько часов, голова поболит, может будет тошнить чуток, но главное — останутся в живых.

Спальни Лебедева на втором этаже достигли первыми мы с Никитой и Борисом. Лебедева, раскинувшегося на кровати, ослепил свет зажжённой керосиновой лампы.

— Тихо, Петр Иванович! — приказал я. — Ни звука, если хотите дожить до утра.

Лебедев замер, на его лице застыламаска страха и ярости. Наши парни тем временем проводили обыск в кабинете, где нашли тайник. Оттуда выгребли все документы. В сейфе, ключ от которого висел на шее у Петра Ивановича, хранился компромат на многих видных московских промышленников и чиновников.

С допросом не стали затягивать. Лебедев поначалу храбрился, но, когда Борис вогнал иглу ему в болевую точку на шее, он поплыл.

— Да, да! Работаю с французами! — выкрикнул он. — И что? Думаете, вы первый, кто пришел за мной? У меня большие связи! И вы еще сильно пожалеете, что вот так вломились в мой дом!

— Плевать на твои связи! Нам нужны имена твоих людей на Дуксе! — спокойно произнес Никита.

Лебедев колебался, но как только Борис пошевелил иглой в его шее, застонал и сдался.

— Алексей Манов и Владимир Вольский! — наконец выдавил он. — Работают в конструкторском отделе и передают все запрашиваемые мной чертежи.

— Что еще? — спросил я.

— Французы обещали, что поддержат в захвате завода. Им нужны технологии.

— Достаточно! — сказал я. — Забираем его. Все, что нужно, мы узнали.

Особняк опустел. Лебедева с кляпом во рту наши парни вытащили наружу. Ему была уготована участь быть закопанным в одном из парков Москвы.

Следующий день начался с посещения парфюмерной фабрики. Максим Факторович отлично справлялся с поставленной перед ним задачей. Он встретил нас с улыбкой и провел экскурсию, показав, как создаются духи и косметика.

— Макс, как идут дела? — спросил я.

— Прекрасно, Илья! Расширяем производство, поставки в Европу идут полным ходом.

— А что во Франции? — уточнил Никита.

— Там примерно так же. Конкуренция, правда, побольше, но в целом неплохо.

Лезть в производство не хотелось, хотя довольно много дельных решений можно было подсказать Максу. Поэтому встречу затягивать не стали, лишь передав ему наброски, касаемые развития парфюмерии из будущего, которые составили по дороге в Москву. Макс был благодарен за рекомендации и светился от радости, когда пробежался глазами по первым листам конспекта.