Книга Одинаковые. Том 5. Атлантида, страница 87 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Мы с Никитой, не дожидаясь, пока суета уляжется, взяли куб инаправились в нашу каюту. Леха остался на палубе —помогать Крылову и контролировать обстановку, ведь риск встречи с французами никуда не делся. Нам не нужно было обсуждать этот момент — мы и так это знали.

В каюте заперли дверь и положили куб на стол. Он лежал перед нами, безмолвный и загадочный. Абсолютная память, доставшаяся нам после переноса сознания, лихорадочно перебирала все, что я когда-либо видел, читал или слышал об артефактах древних. Ничего похожего там и близко не было.

— Смотри, — Никита провел пальцем по грани. — Кажется, поверхность не совсем гладкая.

Я присмотрелся. Да, он был прав. Под определенным углом на поверхности куба проступал едва заметный узор — переплетение линий, напоминающее то ли карту, то ли схему. Но как его активировать? Как понять, что это вообще такое?

Мы переворачивали куб, пытались воздействовать на него теплом рук, светом лампы, даже поднесли к нему компас — стрелка не дрогнула. Он оставался холодным и безжизненным.

— Может, нужно какое-то определенное воздействие? — мысленно пробежался по вариантам Никита. — Электрический разряд? Акустическая волна? Или… может, Он реагирует на кровь? Я сдержанно усмехнулся. Слишком уж фантастично. Но кто знает, с какими технологиями мы имеем дело.

Внезапно судно слегка качнулось, и куб сдвинулся на столе. В тот же миг его вибрация усилилась, а узор на поверхности на секунду вспыхнул слабым голубоватым свечением.

Мы замерли.

— Движение? — предположил я.

— Или изменение давления, — промелькнул еще один вариант в голове у Никиты. — Мы же на глубине его нашли. Может, он реагирует на внешние факторы?

Мы снова попытались надавить на грани, повращать его, но куб снова замолк. Загадка. Сплошная загадка.

В этот момент в каюту вошел Леха. Его лицо было серьезным.

На палубе был порядок. Ростовцева привели в чувство, сейчас отпаивают чаем. Крылов сообщил, что батискаф до Питера будет на ремонте.

Я снова глянул на этот куб: — Кажется, мы привезли с собой еще одну головную боль. А может, он просто… ждет своего времени!?

Мы с братьями наконец выдохнули. Где-то там, за бортом, расстилалась бескрайняя Атлантика, хранящая еще множество тайн. А у нас в каюте лежал ключ к одной из них. Ключ, который мы пока не могли повернуть.

Но одно было ясно точно — эта штуковина не проста. И кто знает, что произойдет, когда мы наконец поймем, как она работает.

«Святогор» уверенно шел на север, увозя нас от затонувших руин и оставляя позади тайну, которую нам еще предстояло разгадать. Но это будет потом. А пока нужно было просто добраться до дома. Живыми.

Дверь в нашу каюту захлопнулась, заглушив ровный гул паровой машины. Я повернул ключ в замке. В тесном помещении повисла тишина, нарушаемая лишь скрипом корпуса «Святогора».

На столе, на грубом сукне, лежал Куб.

Тот самый, со стороной примерно в полметра. Тяжелый, темный, отливающий тусклым металлом. В свете каютной лампы он казался массивнее и монументальнее, чем в зеленоватой мгле прожекторов «Нептуна». Его грани были испещрены мелкими рельефными символами, но не хаотично — узор складывался в странные, правильные последовательности, похожие на часть гигантского механизма или зашифрованное послание.