Онлайн книга «Одинаковые. Том 6. Революция»
|
Тишину разорвал резкий свисток и из темноты вынырнула плотная фигура городового. — Стоять всем! Что здесь происходит? * * * Дел с подготовкой к летним событиям было море, но саму жизнь и обычные человеческие радости никто не отменял. Иначе крыша может поехать окончательно. Это еще из прошлой жизни знаю. Очень важно порой расслабится. Вот мы и продолжали посещать наших содержанок.Они у всех нас уже сменились. Прошлые продержались считай, что три года, и по очереди попросились «на свободу». Девушкам захотелось замуж, ну а мы им дали неплохое приданое, и отпустили на все четыре стороны, так сказать. Вот теперь встречались с новыми пассиями. И Леха, как назло, угодил в передрягу практически на пустом месте. Городовой, отдуваясь, подошел вплотную. Фуражка сбилась на затылок, он окинул взглядом сцену: двое перепуганных барчуков, распластанный на мостовой дворянин, и Леха с бледной, как полотно, Таней. — Ваше благородие! — один из щеголей, тот, что пошустрее, тут же нашел дар речи и уцепился за рукав городового. — Этот мерзавец напал на князя Шенского-Лупова! Городовой склонился над телом, пощупал пульс. Князь застонал, закатывая глаза. — Жив, — буркнул страж порядка и тяжело поднялся. Его взгляд упал на Леху. — Твоих рук дело⁈ — Самооборона, — коротко бросил Леха. — Они приставали к девушке, он первый полез драться. — Врет, как сивый мерин! — завопил второй аристократ. — Мы мирно гуляли, а этот хам набросился! Городовой помялся, глаза его бегали от аристократов к Лехе. Он, вероятно, думал, что такое событие точно не пройдет мимо начальства, а если этот князь будет жаловаться, то проблем не оберешься. Да еще и фамилия говорящая. А этот… этот, кто? — Пойдешь со мной, голубчик, — вздохнул он, хватая Леху за локоть. — Разберемся в участке. И барышня, да-да, вы! К нам пожалуйте! Таня испуганно вскрикнула, Леха резко выдернул руку: — Дама здесь ни при чем, она отправится домой! — Никак нет, — городовой тряхнул его рукой. — Все потерпевшие — в участок. Не упрямься, парень, хуже будет. Леха метнул взгляд на Таню, кивком показав, что нужно выполнить просьбу городового. * * * В участке все решилось быстро. Дежурный пристав, едва услышав фамилию «Шенский-Лупов», побледнел, засуетился и скрылся в кабинете. Через десять минут он вернулся, лицо его стало официальным: — Горский Алексей, — прочел он по протоколу, — вы обвиняетесь в хулиганстве и нанесении тяжких телесных повреждений его сиятельству князю Глебу Петровичу Шенскому-Лупову и до выяснения обстоятельств заключаетесь под стражу. — Он ведь первый напал! — возразил брат. — Молчать! — пристав ударил кулаком по столу. — Свидетели утверждают обратное, в камеруего! Леху грубо поволокли по коридору. Последнее, что увидел брат, — как Таню, рыдающую, отпускают, хоть это хорошо. * * * Андрей Михайлович Томских появился у нас в кабинете на следующее утро, лицо его было серым от усталости. — Дело плохо, — без предисловий начал он, устало протирая глаза. — Отец этого щенка — Петр Владимирович Шенский-Лупов. Он не просто князь. Действительный статский советник. И, что для нас хуже всего, — друг обер-полицмейстера. Я чертыхнулся. Попасть в лапы к главному полицейскому города — это хуже некуда, особенно сейчас. — Они, думаю, хотят сделать показательный процесс, — продолжал Томских. — Мол, хулиган посмел поднять руку на князя. Чтобы другим неповадно было и суд проведут быстро, который скорее всего закончится каторгой. |