Книга Казачонок 1860. Том 2, страница 13 – Петр Алмазный, Сергей Насоновский

Штабс-капитан посмотрел на мое серьезное лицо и расхохотался.

— Ладно, Григорий, — выдохнул он, вытерев выступившие от смеха слезы. — Запомню, спасибо тебе.

— Только ты одно пойми, — голос его снова посерьезнел. — У Жирновского покровители очень высоко сидят. Нужно быть на чеку. И вот что еще. Агент у меня есть в этих краях свой. О нем начальство не знает, если он подойдет к тебе и скажет слова «Ласточкино гнездо», это значит он от меня. Ты уж по возможности помощь ему окажи, Гриша!

— Сделаю все, что смогу, не сомневайтесь! А про графа все понимаю, — отозвался я. — Но и оставлять все, как есть, не собираюсь.

— Главное, Григорий, — сказал он наконец, — не делай глупостей в одиночку. Ты у нас один такой, с головой набекрень. Бумаги, свидетели, люди надежные — вот что теперь нужно. Без этого мы его не возьмем.

— Понимаю, — повторил я.

Я поднялся, поправил стул.

— Отдыхайте,Андрей Павлович. Я еще к атаману Георгиевскому загляну, да надо в Волынскую собираться. А вы, если что, знаете, где меня искать.

— Иди, — кивнул он. — И без героизма, казачонок.

«Поздно, — усмехнулся я про себя. — Не будет бумаг — подохнет граф от несварения свинца в брюхе. Пусть только объявится».

Я перекрестился на образа в углу, кивнул штабс-капитану и вышел. Сразу, уже в коридоре, стал мысленно перебирать, что дальше. В Волынскую надо выбираться скорее. Замахался я уже от этих приключений. В баню хочу, ей Богу. Ну и на охоту сходить или рыбку поудить, если выдастся такая возможность.

Список покупок в голове давно лежит. Вопрос один: где закупаться выгоднее — здесь, в Георгиевске, или уже в Пятигорске. Все равно через него добираться придется. В любом случае, далеко без коня не уедешь.

Пешком? Да ну его к черту. Можно, конечно, к кому попутчиком напроситься, торговцы-то постоянно ездят. Но я ведь и правда без лошади остался. А к Звездочке своей привык уже, жалко этой потери, спасу нет.

К атаману Клевцову я заскочил. Коротко отрапортовал, что штабс-капитан жив, но надолго в лазарете останется, в общем, ничего нового, и что мне нужно в станицу — дела не терпят. Атаман только кивнул, глядя пристально, и пожелал добраться без приключений.

Ну да. Как же без них.

Из станичного управления я вышел уже с четким планом: сегодня беру коня, завтра с утра снимаюсь. Георгиевский базар шумел, еще с переулка слышно было гул, крики, запахи. Рынок тут был внушительный. Ряды с провиантом, тканями, самоварный дым, какие-то восточные торговцы спорят с казаками, армяне протягивают ковры, биндюжники таскают мешки. Муравейник, а не торговая площадь.

Ряд с лошадьми нашелся ближе к окраине базара. Несколько загонов, вбитые колья, к ним привязаны коняги всех мастей — от заморенных кляч до резвых, лоснящихся скакунов.

Я прошел вдоль, приглядываясь. Нужна была не выставочная картинка, а рабочая лошадка. Чтобы выносливая, но и резвая — вдруг откуда выскочить придется.

— Эй, казачонок, — окликнул меня рыжеватый мужик. — Лошадку ищешь?

— Ищу, — кивнул я. — Только не клячу.

Он довольно хмыкнул и вывел из-за спин других коней гнедую. Крупная, сухая, с крепкими ногами, внимательные глаза, уши шевелятся, ноздри дышат ровно. Я провел ладонью по шее, заглянулпод хвост, посмотрел на копыта. Возраст, по зубам, средний, не старая. Спина ровная, холка не завалена.