Книга Жуков. Если завтра война, страница 43 – Петр Алмазный, Игорь Минаков

— Пушка Л-11, — вставил замковый из экипажа, старшина с орденом «Знак Почета». — Точная, броню берет. Вот только механизм отката ненадежный. Бывает, после выстрела затвор не закрывается до конца.И снаряды… бронебойные есть, а осколочно-фугасных — кот наплакал. По пехоте почти нечем стрелять.

Они говорили еще минут двадцать. Проблемы сыпались как из рога изобилия. Упоминались ненадежная трансмиссия, теснота в отделении управления, плохая связь. Рации были, в лучшем случае, лишь на каждом пятом танке, да и те часто выходили из строя от тряски. Слабое крепление инструмента и ЗИПа, которое отваливалось на ходу.

Я слушал, не перебивая, делая пометки в блокноте. Это был не ворчание. Это был грамотный, профессиональный анализ от тех, кто каждый день лезет в железные внутренности и рискует жизнью даже в мирное время.

— Хорошо, — сказал я, когда они закончили. — Ваши замечания приняты. Теперь второй вопрос. Как вы с этими проблемами боретесь? Что сделали сами?

Катуков обвел взглядом своих подчиненных, кивнул.

— Боремся, товарищ командующий, как можем. Придумали полевой способ чистки топливных фильтров — промываем в ведре с соляркой. Не по инструкции, но работает. Сделали из обрезков резины дополнительные прокладки для сальников — хуже не стало. Для улучшения обзора командиры сами прилаживают какую-то оптику — хоть что-то. А помпотех, товарищ Зайцев, — он указал на военинженера 3-го ранга, — разработал и внедрил простейший способ для замены катков силами экипажа. И не в реммастерских, а в поле.

— Покажите, — потребовал я.

И бойцы довольно ловко разъединили и сняли гусеницу, наехав опорным катком на яму так, что снимаемый каток повис. Вывернули болты, сняли крышку с уплотнительной прокладкой. Срубили зубилом и вынули шплинт. Специальным ключом отвернули гайку.

Перед установкой нового катка шарикоподшипник и роликоподшипники смазали, а уплотнительные прокладки и резьба болтов покрыли белилами. Поверхности лабиринта опорного катка обильно смазали, и этой же смазкой заполнили полости манжет.

В сборе каток надели на ось, отрегулировали колею, укрепили катки на оси гайкой и застопорили гайку шплинтом. После чего привернули к торцу ступицы катка броневой колпак. Движения экипажа были отработаны, так что весь процесс не занял много времени.

— Любой полезный опыт нужно тиражировать на все части, — сказал я Федоренко. — И немедленно. И доложить в ГАБТУ как рацпредложение.

— Есть, товарищ командующий! — откликнулся комдив.

Затем я приказалпровести показную стрельбу из тех машин, что были на ходу. Стреляли по щитам с восьмисот метров. Результаты были неплохими — из пяти выстрелов четыре попадания. Вот только у одного из танков после третьего выстрела заело затвор, экипаж возился с ним десять минут.

К вечеру, когда занятия закончились, я снова собрал командиров.

— Выводы следующие, — сказал я четко. — Танк «Т-34» — машина выдающаяся по потенциалу. Однако потенциал этот не реализован из-за массы «детских болезней». Наша задача — за год эти болезни либо вылечить, либо научиться с ними жить и воевать. Товарищ Катуков, вы составите подробный отчет по каждому пункту, отметив конструктивные недостатки, предложения по устранению, необходимые запчасти и инструмент. Срок — три дня. Комдив Федоренко, на основании этого отчета вы подготовите экстренную заявку в Москву. Я ее подпишу и лично прослежу, чтобы ее рассмотрели не как очередную бумажку, а как требование.