Книга Последний герой СССР, страница 125 – Петр Алмазный, Юрий Шиляев

— Ближе к теме, — сделал замечание генерал Рохлин.

— Минуту терпения, — ответил ему Петр. — Дело в тех двух компьютерах — или микроЭВМ, как их тогда называли. Совсем другой принцип работы, чем у тех, которыми сейчас пользуется весь мир. И вот тут-то у нас встает загадка.

— Еще раз прошу, ближе к теме, — Рохлин посмотрел на часы.

— А если ближе к теме, то компьютеры эти работают на кремнийорганической основе.

— Теперь то же самое, но на общедоступном, — Лев Яковлевич усмехнулся.

— Да все просто, Лев Яковлевич, и в то же время очень сложно, — вступил в беседу Жорес Алферов. — Разработчики этих микроЭВМ сделали множество нейронных снимков мозга, причем невзрослого человека, а ребенка, который только познает мир, только развивается и спроецировали их на кремнийорганическую субстанцию.

— Да, именно так, — Петр опустился на стул и потянулся за минералкой. Он налил в стакан воды, но выпить забыл. Я отметил, что о еде он сегодня тоже не вспоминает.

— Рискну предположить, что тем ребенком, мозг которого стал прототипом «мозга» машины возмездия, был наш аутист Ванечка? Ведь сложить два плюс два и догадаться, что он — сын Виктора У, много ума не надо, — я был уверен в этом.

— Ты прав, Влад. Итак, у нас есть супероружие, которое управляется суперкомпьютером, своего рода меч Империи… — начал Жорес Алферов, но генерал Рохлин перебил его:

— Сломанный меч Империи, — мрачно произнес он. — Сумасшедший компьютер на геостационарной орбите, управляющий ядерной бомбой.

— Я бы выразился по другому, — заметил Сорокин. — У нас в руках скорее обезьяна с гранатой… Они что, не знали, что мальчик страдает расстройством аутического спектра?

— По поводу аутизма еще предстоит разобраться, — снова вступил в беседу Петр. — Не факт, совсем не факт. Я предположу, что мозг ребенка был поврежден во время сканирования. Нейтринное излучение — это пока еще не изученная область физики.

— Здесь я соглашусь с тобой. Я сегодня ознакомился с тем, что мальчик делает за компьютером. Он общается и с машиной возмездия и со спутником напрямую. Но понять их «переписку» лично мне не представляется возможным. Да, это математика, но это безумная, с нашей точки зрения математика. Либо мы не доросли до нее. — Заметил Алферов.

— Резюмирую. — Рохлин хлопнул ладонями по столу. — У нас есть работающая система, способная нанести неприемлемый ущерб вероятному противнику. Вероятный противник в общих чертах представляет параметры угрозы. Более того, заключено соглашение об уничтожении «машины возмездия». Вы помните поход подводной лодки «Комсомолец» в восемьдесят девятом году, закончившийся катастрофой. И я теперь не уверен, что катастрофа была случайной. Пульт управления супероружием — это по сути человек с особенностями развития. Все остальные ящички — обманки, не более чем декорации, включая и тот, что найден возле монастыря в Горном Алтае. Настоящий пульт — Ванечка. И это огромная проблема. Уничтожить ребенка — то же самое, что спровоцироватьактивацию «машины возмездия». Ничего не перепутал?

— Все верно, Лев Яковлевич, — Алферов вздохнул. — Задачка у нас однако…

— Я добавлю свои пять копеек, — полковник Сорокин достал из блокнота бумагу, развернул ее и положил на стол — так, чтобы всем было видно. На отпечатанной листовке фото того самого азиата, которого я обнаружил у Петра под дверью. Информация: «Разыскивается Джумагалиев Равиль Исхакович, особо опасный преступник» — и далее по привычной схеме. Листовка по диагонали пропечатана большими красными буквами: «Внимание, розыск». — Все уже знают, кто это такой. Вопрос: зачем ему нужны были микрофильмы с результатами работы над «машиной возмездия»? Допрос проводили в моем присутствии хорошие специалисты, — здесь Сорокин хищно усмехнулся. — С привлечением психологов из ГРУ. И что мы выяснили? А выяснили мы, что Джумагалиев — один из активных членов секты Аум Сенрикё. И вот здесь я бы начал опасаться. Собственно, именно это обстоятельство и послужило причиной перевода «Р. И. П.» на казарменное положение. Также распорядился перевезти сюда Саруханова. За полковником Блохиным и небезызвестным вам, — Сорокин посмотрел на меня, потом на Петра, — Владимиром Протасовым, он же Вовчик, установлено наблюдение. Протасов. Его используют втемную, но я все равно не откидываю возможности отследить связи. Итак, вопрос: что будем делать дальше?