Книга Гасконец. Том 2. Париж, страница 94 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

Я спросил:

— Вы уверены, что мне вообще можно об этом знать?

— Я доверяю вам, шевалье. Доверяю вам, поскольку вы пытаетесь спасти мне жизнь. Говоря об этом, я следую вашему совету и немедленно отправляюсь в Гасконь. Вместе с женой, если она этого пожелает.

Анна схватилась за Людовика и кинула. Они очень-очень грустно улыбнулись друг к другу. И хотя в этих улыбках было больше боли, чем любви, хватало в них и благодарности с молчаливым пониманием. И принятием.

— Я поеду в Гасконь, а вы займитесь делами моего королевства вместе с Мазарини. Я боюсь, что как только я покину Париж, заговорщики сразу же пустят слух о том, что я болею и умираю.

— Поэтому вы хотите уехать, вы хотите их выманить?

Его Величество усмехнулся.

— Вы прозорливы, прямо как ваш друг де Порто. Если честно, этот старый кот предложил план де Тревилю, в ночь перед вашей поездкой в Англию. Мы все обсудили с Мазарини и де Тревилем. И решили, что поступим именно так.

— Я не успею собрать всех своих людей. Тем более, тайно привезти их в Париж. Но я вызову дюжину самых достойных, чтобы они сопровождали вас.

— Весьма разумно, судя по прошлым событиям… им хватит наглости и убить меня, как отца. Прямо в карете, — по какой-то причине, Людовик улыбался, произнося эти слова.

То ли это был какой-то непонятный мне королевский фатализм. То ли такая сильная гордость за отца, что даже похожая смерть считалась чем-то хорошим. Мне этого было не понять. Между тем, Его Величество продолжал:

— Когда заговорщики объявят о моей ужасной болезни, они попытаются что-то сделать с Мазарини. Тогда то вы и добьете их. Я уверен, что хотя бы парочка гадюк, что устраивала заговор вместе с де Шеврёз и де Бофором, ещё жива.

Король задумался на секунду, а потом сказал:

— Мне сказали, что де Бофор сбежал из Бастилии?

— Он бежал недалеко, мне пришлось убить его по дороге в Париж.

— Он сам это выбрал, — покачал головой Людовик. — На этом мы попрощаемся, шевалье.

Он закрыл саркофаг, ия увидел на его лице улыбку. Король сказал:

— Малыш, все-таки выжил. Если честно, это самая лучшая новость, что я получал после новостей рождении сына.

Я хотел сказать что-то поддерживающее, но для этого здесь была Анна. Она взяла мужа под руку и втроём мы покинули склеп. Король, действительно, уехал в течение нескольких дней. Диего, вместе с доверенной дюжиной самых яростных и бешенных моих солдат, едва успели прибыть в Париж. И сразу же отправились в новый путь.

Мне повезло, и я смог вооружить их новым оружием. Аркебузами с нарезными стволами, а также дополнительными пистолетами. На этот раз с кремниевыми замками. Я строго настрого запретил выбрасывать старые пистолеты с колесцовым замком. Они должны были оставаться под рукой, на случай осечек (о которых меня честно предупредил оружейник).

И, наконец, пришла пора выложить на стол мой давно припрятанный козырь. Мы все подозревали нового друга Анри д'Арамитца, молодого (как оказалось) Конде.

Маленькая Джульетта, переодевшись мальчишкой, отправилась его поместье, в качестве прислуги. Проделать это было несложно. Пусть Анри д'Арамитц уже не мог поспособствовать подать какую-то протекцию, у нас оставалось множество друзей в Париже. Мы решили действовать через многочисленных поклонников таланта Сирано де Бержерака.