Книга Гасконец. Том 3. Москва, страница 109 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

— Я хочу их заработать. Заламывать цену за свои ружья я не стану, мастеровых обучу на свои средства. У меня было много товаров, и моё дело в Гаскони процветает и без моего участия. Поверьте, государь, это выгодно всем нам.

— Ну что ж. Я давно думал об этом, — признался Алексей Михайлович. — Ваши люди могут отправляться по домам. Вы же… я выделю вам небольшой надел, под Москвой. Но в долг, а не в качестве подарка.

— Благодарю вас, государь, — улыбнулся я.

Обмениваться с царём рукопожатиями мне показалось уж слишком фамильярным. Мы обсудили оставшиеся детали, а потом я пошёл к себе. Сборы начались почти сразу же, после того, как я передал гасконцам хорошие новости. Мы попрощались со всеми уже на второй день, и большой группой поехали обратно.

Гасконцев, включая раненых и последнее подкрепление, только что прибывшее из Архангельска, решили собрать в Пскове. Я уже давно уже отправил в Гасконь письмо, с просьбой остановить поток подкреплений. Балтийское море ещё стало слишком опасным, когда мы напали на Ливонию. В любом случае, наш отряд добрался до Пскова без приключений.

Там я позволил себе недельку провести с семьёй, а парням дал немного погулять. В Пскове к гасконцам относилисьхорошо. Мушкетёры пили с Зубовым. Мы получили весточку от Анри д’Арамитца. Он приглашал на свадьбу, когда война со Швецией наконец закончится. Учитывая последние новости, скоро на престол должна была вернуться Кристина. Мы все надеялись на это.

Отдохнув недельку, я выдал парням положенное им жалование и попрощался с ними. Они должны были вернуться в Архангельск, и там дождаться подписания мирного договора со Швецией. Я с семьёй — и Планше, хотя его я всегда считал членом семьи — направился в Москву. Опять же, дорога не принесла никаких неприятностей. Только хорошие новости: Швеция согласилась отдать Ливонию и Померанию, чтобы сосредоточиться на войне в Империи. Та всё тлела и никак не хотела заканчиваться. Все понимали, что этот мир долго не продлится. Как только Кристине снова наскучит править, или советники решат снова избавиться от королевы, Швеция опять вспомнит о своих непомерных амбициях. Поэтому и мы, и поляки даже не думали оставлять новые территории без защиты.

В Москве я получил все необходимые документы и грамоты. Мне намекали на необходимость принять православие, но я предложил отложить этот вопрос на пару месяцев и просто замял тему. Не могу сказать, что я стал прямо-таки образцовым гугенотом, но торопиться точно не стало. В конце концов, пока это были лишь намёки. Я решил дождаться или угроз — когда деваться бы стало попросту некуда. Или более щедрых предложений. Анна меня в этом поддержала, так что мы спокойно переселились в выданное нам в долг поместье. Там я провёл быструю инвентаризацию, проверил все свои сбережения и набросал план по превращению этого поместья в свой новый стартап. Ненавижу это слово, но другого не подобрать. К поместью прилагались слуги, а ещё с полтора десятка душ крепостных.

Конечно же, я не мог себе позволить просто сказать «мужики, вы свободны, идите домой». Вместо этого, мы первым делом, начали строить школу. Пока она возводилась, я пригласил из Франции пару доверенных оружейников. Не фламандцев, а уже обученных ими гасконцев. Прибыть они были должны ещё нескоро, так что я занялся своим хозяйством. Пока школа строилась, я открыл двери своего поместья. Мы выделили одну из комнат на первом этаже для обучения детей прислуги и крепостных. Поначалу, мои… как же их назвать то? Не подданные же. В общем, сперва крепостныене особенно хотели отдавать сыновей и дочерей на обучение. Те были слишком нужны в хозяйстве.