Онлайн книга «Солдат и пес. Книга 1»
|
И они живо подскочили к Федоту, лежавшему вниз лицом, руки за голову. — Чингиз, голос! Пес свирепо залаял, ввергая задержанного в новый виток стресса. — Ты, залупа с ушами! — Ермаков приступил к интенсивному допросу. — Слышишь меня? Из тебя тоже евнуха сделать? Чингиз! — Р-р-р!.. — пес оскалил мощные клыки, а Ермаков как бы невзначай пнул лежащего носком ялового сапога в ребра. Уголовно-милицейский юмор расценивал такой тычок как «починить батарею». — За что, начальник⁈ — судорожно дернувшись,заныл Федот. — За лося! — рявкнул сержант. — Руки за голову! Ты чего думаешь, зверя завалил, теперь герой? Тебе тоже сейчас рога поотшибаем! — Это не я!.. — А кто? Кто, я спрашиваю, мешок кишок! Этот? Никсон? Федот кивнул, боясь слово молвить. — Так. Откуда у него ружье? Он по закону не имеет права. Откуда⁈ — Не знаю!.. — Знаешь, Говори! — и опять починка батареи. — У-уй!.. — Уй, говоришь? А сейчас будет Ый! Повторяю вопрос… — Товарищ капитан! — сверху радостно загорланил старший сержант Раскатов. — Есть связь с Ложкиным!.. Ложкин — это я уже знал — милиционер-водитель, оставленный с машиной на точке старта. Рация у него в машине имелась. — Пусть передает в отдел! — напрягаясь, крикнул капитан. — Следователь, криминалист… да, и медик тоже! — Понял, передаю!.. — Михал Дмитрич, — повернулся капитан к одному из гражданских — предводителю дружинников, как я понял. — Давай одного из твоих к машинам, чтобы сюда следственную группу сопроводил. Кто у тебя потолковее?.. Милицейский старшой рассуждал вполне разумно. Договорился со Смольниковым — трех наших стрелков оставить на охране задержанных, одного дружинника отправить к машинам ожидать группу, после чего препроводить ее сюда. А всем прочим — продолжать поиски. Главная задача ведь так пока и не решена! — Так, — с удовлетворением подытожил капитан. — Ермаков! Что там у тебя? — Все! Выяснил. Начальник с сомнением хмыкнул: — М-да?.. Ну, излагай. Володя изложил следующее. Михеев, долгие годы работая заготовителем, встроился в эту систему вполне комфортно, и даже получил в служебное распоряжение трехколесный грузовой мотороллер «Муравей». На нем разъезжал по лесам, лугам, по глухим деревням, собирая и скупая дары природы. Очень удобно. И вот однажды случайно забрел к вдовой бабушке, полуслепой, полуглухой, и вообще не очень ориентирующейся в действительности. Купить у нее оказалось нечего, зато покойник-старик был заядлый охотник, и от него осталась хорошая двустволка, не новая, но в отличном состоянии. Она так и висела на стене самым патриархальным образом, старушка привыкла к ней, как к предмету мебели. Практически ее не замечала. Естественно, старый уголовник не смог упустить такой случай. Он как-то так ловко заморочил бабушке голову, стянул оружие, закинулв мотороллер — и был таков, рассчитывая на то, что хозяйка хватится пропажи не скоро, а даже если и хватится, то ничего ведь не докажешь. Ружье он хранил не дома, а прятал в тайнике в лесу, в герметичном состоянии. Об этом Никсон сам хвастал подельникам-собутыльникам в подпитии. Видимо, гордился смекалкой и оборотистостью. Не смог удержаться. — Да, — философски заметил капитан, выслушав подчиненного. — Сколько веревочке не виться, конец все равно будет… В данном случае — на зоне. Закон жизни! А ты, Ермаков, молодец! И задержание провел грамотно. Подумаю о поощрении. |