Онлайн книга «Шпионское счастье»
|
— Значит, я в тебе не ошибся. Расскажи еще о себе, если хочешь. — Моя сестра вышла замуж и съехала к своему новому мужу, мы с матерью остались в трехкомнатной квартире, заваленной коробками с техникой, коврами и ширпотребом. Я тогда встречалась с одним парнем, матросом, красивым как Ален Делон, родила от него ребенка. Но мы с ним быстро разбежались, мне нравились ребята поумней. Потом у меня были близкие отношения с капитаном одного торгового судна, но с ним все кончилось так, как кончается любовь в России— анонимки, заявления законной жены в профком, партийное собрание… Его перевели на внутренние рейсы. Я просидела пару месяцев на берегу, вернулась в порт, снова ходила за границу, но потом и это надоело. — Что надоело? — Мне ничего не хотелось. Советский Союз разваливался, среди людей была паника, кто мог, продавал квартиры за бесценок и бежал за границу. Магазины опустели, есть стало нечего… Я с больной матерью и ребенком торчала дома. Мать умирала от эмфиземы легких, она кашляла и курила, и не могла бросить. Когда кончались деньги, я продавала шмотки или технику. И думала только об одном: как удрать за границу, чтобы никакая сила не смогла в этом помешать или вернуть меня назад. Я познакомилась с новыми соседями по дому, еврейской семьей, приехавшей из Киева. Они сидели без работы месяцами и ждали визу на выезд, вскоре благополучно перебрались сначала в Европу, жили в Италии в лагере для переселенцев, потом в Америку. И прислали приглашение. Мне, как и всем прочим гражданам, нужно было получить не только визу США, но и российскую, — это даже не виза, а согласие родины ненадолго выпустить за периметр тюремного забора свою гражданку. Я устроилась в районный комитет партии мыть полы, чтобы быть ближе к начальству. Носила на работе халатик в синий горошек, совсем коротенький, и спортивные брючки в обтяжку, — легкая эротика, не более того, но через месяц весь горком знал меня по имени. В свободное время помогала служащим из международного отдела сортировать дела граждан, которые хотят купить туристическую путевку за границу, уехать в Израиль или в Америку. Однажды я попросила секретаря партийной организации, чтобы он посоветовал своему другу из отдела виз и разрешений (ОВИР) Министерства внутренних дел взять меня для бесплатной помощи в разборе документов. Очереди в ОВИР стояли дни и ночи напролет, люди спали, ели, знакомились в этих очередях. Короче, я сделала себе и ребенку визу в США, плюс выездную визу, купила билеты на самолет, продала все запасы ковров и техники, поменяла рубли на доллары… И оказалась в Америке. В той еврейской семье, от которой я получила приглашение, меня терпели неделю. Потом они нашли мне какую-то бабушку, у которой была свободная комната. Там мы с ребенком прожили месяц. И снова оказались на улице. Теперь я ночую в детскомсаду… — Слушай, а почему ты так хотела навсегда уехать из России? — спросил Разин. — Может, я чего-то не понимаю… Но у тебя там была неплохая жизнь. — Вот тебе мой ответ, запомни его. И не говори, что ты думаешь как-то по-другому, что у тебя своя точка зрения… Не поверю. Я уехала, потому что на свете нет страны, где люди живут хуже, чем в России. Даже в Африке, где грузчики носят портки и майки с сотнями дырок, — и то лучше. У них хотя бы много солнечных дней и теплый океан. А в России нет ничего кроме жалкого существования и свинского отношения к людям. Я не хотела попасть именно в Америку, но так сложилось. Мне больше нравилась Европа. Голландия, Бельгия… На нашем судне я много раз ходила в европейские страны, была почти везде по нескольку раз. Я знаю, о чем говорю. |