Книга Шпионское счастье, страница 97 – Андрей Троицкий

* * *

Разин завел машину и медленно поехал в сторону нижнего Манхэттена, через несколько кварталов свернул к набережной. Остановился на узкой улице рядом с пустырем, огороженным забором, — здесь начали какое-то строительство, — поблизости видеокамер точно нет, а если и есть, то в этой темноте они бесполезны. Смерть Нэша выгляделастранной, вероятность, что он стал жертвой уличного грабителя — ничтожна. Все произошло слишком быстро, — едва закончился разговор и Нэш закрылся в телефонной будке, как был убит. Он сумел сделать пару шагов и упал.

Нагнувшись, Разин снял из-под рулевой колонки закладку, которую недавно устанавливал. Затем обшарил те места, где могли быть установлены чужие закладки, Сидорин или сам Казаков, — если это были они, — могли ехать за ним на почтительном расстоянии и слышали все, о чем говорили в салоне машины. Разин пересел назад, прощупал кожу дивана, за обшивкой задника водительского кресла попалось что-то твердое. Он вытащил опасную бритву, распорол кожу сидения сверху донизу и выудил темную коробку размером с пачку сигарет, нажал кнопку, выключив передатчик.

Носовым платком он стер отпечатки пальцев со всех внутренних частей салона, к которым мог прикасаться, выбрался из машины, протер платком ручки дверей, части боковых стекол, хотя это была уже лишняя предосторожность. Вскоре он вернулся к ресторану, где провел вечер с Нэшем, и получил свою машину.

Константин Сергеевич Булатов был очень мил, улыбался и в такт словам, своим и чужим, кивал головой, как фарфоровая куколка. Он отвел назад за спину левую руку, выбросил ее вперед, развернувшись всем корпусом, ударил Зои открытой ладонью по лицу. Удар был таким сильным и неожиданным, будто били не рукой, а чайником, кипяток из него обжег щеку и глаз. Зои вскрикнула провалилась в тесное пространство между скамейкой и стеной, свет погас и снова вспыхнул, она задрала кверху ноги, но кто-то ухватил за лодыжки, приподнял, как тряпичную куклу, выволок из темной щели. Поставил на ноги и ударил коленом в живот. Зои почувствовала, как ноги отрываются от пола, как что-то трещит внутри, будто ее разрывают надвое, через секунду она лежала на досках пола, чувствуя их холод, и не могла пошевелиться, слезы лились из глаз и погружали весь мир в сонное обаяние, где нет боли и страданий.

— Зои, такие мужественные девушки, как ты, мне нравятся, — Константин вздохнул, будто в эту минуту должен был сообщить какую-то горькую новость, но не хотел портить никому настроения, поэтому мялся и тянул время. — Ты создана для любви и материнства. Твою красоту надо беречь. Это хрупкая вещь, она требует заботы и любви. Правда?

Зои постаралась вытерла кровь с носа и губ, попыталась сесть на полу, но не смогла сразу, опорная рука скользила по доскам. Наконец она сумела сгруппироваться и все-таки села, стараясь собраться с мыслями. Мир качался, левый глаз налился кровью и заплыл. Теперь она видела через него узкую полоску чего-то мутного, едва различимого, будто, забыла дома очки, и теперь смотрела на узкий экран кинотеатра, где одна тень меняла другую, но смысл действа оставался непонятен.

— Да, вы правы, красоту надо беречь, — сказала она и плюнула кровью. — Иначе она умрет. Вы, насколько я понимаю, большой любитель красоты?