Онлайн книга «Стратагема несгораемой пешки»
|
Впрочем, больше, чем о провале на океанской станции, ирландец жалел о гибели Эйрин Маршалл. Девчонка была хорошим бойцом. Да и человеком, Éire go Brách![45], она была весьма неплохим. Впервые с Киллианом бойцы пересеклись еще до Клуба, на берегах родного острова, когда Финукейн имел дела с ее дедом — одним из активистов ИРА. Тогда они и познакомились с Конопатой. Чуть ближе, чем полагается соратникам и коллегам. И уже тогда рыжий задумался, что из веснушчатого чертенка в юбке обязательно выйдет толк… Таковой она и стала. Преданной не только Комитету, но и родной крови. Бойцом. Собранным, умелым, отчаянным. Рисковым настолько, что когда Киллиан лишь заикнулся о необходимости войти в группу Данста, она тут же дала добро… Ее смерть не стала напрасной. Благодаря кроту, Киллиан узнал, что теперь на Мартина работает один из юрэев Клуба. Не поверив в переформирование группы, она захотела лично убедиться, кого именно вербует американец. Убедилась. Вычислила Годара, что оказалось не под силу даже верному Шлейзингу. Конечно, Маршалл не стоило самой лезть в пекло. Но этому «не стоило» помешали сразу два фактора. Первый — недоверчивые турки поставили условие: человек ирландца должен присутствовать при ликвидации вражеских пенсов. Второй — Эйрин хотела сделать Финукейну личный подарок, в последний момент решившись лично убрать Данста. Никто не мог предположить, что она пойдет на такой отчаянный шаг после разоблачения в баре. Ее смерть не стала напрасной. Хоть и не стоила жизни такой добротной пешки… Теперь счет в партии стал 1:1. Пенетратор-неохум против сестры-ирландки. Гик против диверсантки. Не самый выгодный расклад, что бесило Киллиана, заставляло теряться в мыслях и пылать нестерпимым желанием своими руками оборвать жизнь Доппельгангера. Оставалось надеяться, его равновесие тоже будет расшатано — для этого Аметист и оставил на теле Гармоника свой мясницкий автограф… Ученые Статуса, еще раз убедившись, что состояние раненого неизменно, собрались в углу медицинского блока, готовясь встретить наступление нового года распитием пары бутылок безалкогольного шампанского. На голове одного из них виднелся картонный колпачок, столь неуместный сейчас сточки зрения Финукейна… Не изменит ли теперь Доппи своего плана? Не захочет ли оставить Найджела Карима дома, чтобы, например, лично отрезать голову раненого и поместить ее в биорегенерационный контейнер, в котором она еще несколько часов будет пребывать в состоянии не-смерти? Вынести голову куда проще, чем привести к ней живой накопитель информации. Особенно теперь, когда о нем и его ролистало известно рыжему. Разгадывать этот ребус было не проще, чем искать верную стратегию боя в бесконечной бездне многомиллионных неповторимых комбинаций их личного, наемнического «числа Шеннона»[46]… Мысли снова вернулись к гибели Маршалл. Киллиан стиснул зубы и кулаки, всматриваясь в показатели систем внешней сигнализации. Может быть, враг придет сегодня. Уже скоро, чтобы не дать им восстановить дыхание и смириться с потерей информатора. Может быть… — Сегодня он не придет, — словно прочитав его мысли, прошептала Марго. Приблизилась из-за спины, нависая и касаясь грудью плеча. Покачала головой. — Ты чертовски напряжен, мой командир… — ее пальцы легли на плечи ирландца, уверенными движениями разминая мышцы даже сквозь упругую броню комбинезона. — Тебе нужно отдохнуть. Расслабиться. Прийти в себя. |