Онлайн книга «Стратагема несгораемой пешки»
|
Затем мертвый пенс упал на живот. И только тогда Киллиан заметил Марго, стоявшую точно за спиной убитого на выходе из лифтового коридора. В руках девушка держала любимый «Браунинг» с магазином усиленных пуль, с легкостью пробивающих броню «кирасирского» воротника… Цифровой прицел шлемофонного спатиума тут же скорректировался на ее браслете, по щитку побежали предупреждения системы «свой-чужой». Ирландец воочию представил, как сейчас лицо Ландау под забралом до сексуальности побледнело, а на лоб прилипло несколько томных влажных прядей. Отстрелявшись по Варгасу, девушка тут же повернулась, наступая на раненого Кольта и намереваясь завершить начатое дело. Киллиан, для которого это мгновение растянулось до границ бесконечности, вдруг поразился ее смертоносной грации и легкости, с которой напарница несла его врагам неотвратимую погибель. И именно в этот момент за ее спиной появился Годар… Юрэй, в существование которого рыжий не так давно просто не верил, был похож на ходячий труп. Приняв удар гранаты Зентека, его «Кирасир» напоминал рыбацкую сеть и был залит кровью. Система маскировки окончательно вышла из строя, и анатомический доспех приобрел неинтересный цвет сухого пыльного снега. Шлема на голове не было, что открывало взору разорванную щеку; левая рука безвольно свисала. Финукейн приготовился закричать. Ствол его винтовки пополз — нестерпимо медленно, словно приклеившись к воздуху, — влево. Чтобы успеть, миновать считанные сантиметры и плюнуть пулей еще до того, как… Жак-Стефан навалился на Ландау. Та успела среагировать, начала поворот и опустила пистолет к бедру, чтобы отстреляться в упор. Но юрэй, даже израненный, оказался проворнее. Скользнул за спину воительницы. Его обвисшая рука вдруг оплелась вокруг шеи Ландау, услужливо отжимая корсетный воротник, а в другой блеснуло лезвие ножа из полимерных сплавов. Киллиан нажал на спуск. Уже понимая, что все-таки не успевает. Не успевает спасти, как не успевает выиграть этот бой… Над плечом Ландау размазанной вспышкой сверкнул нож. Крупным планом — посреди электронного дисплея в забрале шлема, будто с первого ряда в кинотеатре, — Финукейн заметил, какпуля «Кел-Тека» пробивает правый глаз Годара. Но ровно через миг после того, как клинок француза прочертил на горле Маргариты ровную красную линию… Киллиан опустился в укрытие, спиной наваливаясь на прогнувшуюся стенку офисной клети. Его переполняла гнилостная тяжесть — чувство, сродни тому, что он испытал, в тринадцать лет впервые отняв жизнь человека. Звуки, свет, дождь, раненый имплицитор и опасность со стороны Данста больше не существовали. Командир оперативной группы молча сидел на корточках, вцепившись в винтовку так, словно тонул, а она была спасательным кругом. За считанную секунду в этом просторном зале простились с жизнью сразу трое высокопрофессиональных и статусных пенсов Шахматного Клуба. Но думал Финукейн сейчас только об одной их них… Фаусто Сантейро уверовал, что сегодня умрет. Мысли о смерти посещали его регулярно. Причем еще до того, как он нашел свой путь, посвятив себя любому, кто возжелает его помощи. Но сейчас, пытаясь ощупать края нанесенной Финукейном раны, Фаусто избыточно ярко ощутил, что конец придет именно сегодня. Интуиция, которую любой представитель его профессии оттачивал наравне с искусством стрельбы, беспристрастно выносила свой приговор. |