Книга Измена. Счастье прилагается, страница 2 – Татьяна Тэя

А они только в моё отсутствие встречаются? Или и в другое время? Неужели, трахнув любовницу, Саша едет домой и спокойно ложится в нашу постель? Касается меня?

Нет… надо прекратить об этом думать, иначе точно вырвет.

Глубже… глубже… — звенит в ушах визгливый голос.

Что Саша там ей обещал… и сегодня, и завтра будет?

Мотаю головой. О нет… нет… нет… я не могу. Но я сделаю это. Потому что не собираюсь проглатывать измену. Завтра же застукаю их с поличным и подам на развод!

— Насть, ну куда ты собралась? Подожди, через три дня Сашка тебя сам заберёт.

— Мамуль, срочно надо… Там… к врачу позвали… я ждала запись, в общем. Надо ехать.

Моя мама стоит у плиты, переворачивая блинчики. Нажарила уже целую гору. Она у меня профессиональный повар, половину жизни проработала в детсадовской столовой. О детском питании знает всё, но как любая нормальная бабушка балует внучку вредностями.

Вероника сидит за столом, поглощая блинчики со сгущёнкой и смотрит мультики на небольшом телевизоре, висящим на стене.

— Я вернусь, мам, как только дело сделаю.

Знала бы мама, какое у меня дело.

Но я решаю пока что ничего ей не говорить. Вот как с Сашей разговор будет, тогда и с мамой объяснюсь. К чему волновать человека лишний раз!

— Мам, я с тобой, — заявляет Вероника.

Но я подхожу, целую дочь в макушку и мотаю головой.

— Нет, зайка, ты пока у бабушки побудь. Завтра или послезавтра я вернусь.

— А папа? — спрашивает.

— Или я, или папа приедем. Или вместе.

На сердце опускается тяжесть от этого вранья во благо. Вероника любит отца, да и он дочь тоже. Она будет страдать, когда мы разведёмся с Сашей. Но ещё сильнее она будет страдать, если продолжит жить в семье, которая держится на обмане.

Я не переступлю через себя. Не стану сохранять брак ради ребёнка. Не такая я.

Хочу выехать пораньше, но в итоге отправляюсь только после обеда. Ещё и попадаю на шоссе в пробку. Дурацкий ремонт дороги превращает четыре полосы в две, а на каких-то участках движение вообще реверсивное. Так что поток машин тащится очень медленно.

Еле сохраняю спокойствие, то и дело пальцы барабанят по рулю.

Замечаю, что Саша так и не перезвонил с утра, хотя обещал.

Конечно, ему нет до меня никакого дела. Он занят… Гуляет, пока жена и дочь гостят у тёщи. Хорошо устроился. Кабель проклятый!

К дому я приезжаю уже когда темнеет.

Думаю, что имею все возможности не застать любовников в гнёздышке. Но мне везёт, хотя везение тут — спорный факт.

Пытаюсь отпереть дверь ключом. Он в замке повернулся, но дверь остаётся закрытой. Видимо, заперлись изнутри на защёлку.

Полная праведной ярости, звоню, затем стучу и снова звоню.

Кажется, навожу много шороха и шума. Думаю, что кто-то из соседей выйдет проверить, что за пожар случился.Но нет… На лестничной площадке я одна. А за закрытой дверью — двое любовников. Зуб даю… Притаились и ждут, пока свалю.

Моя ярость всё сильнее и сильнее. Повернувшись к двери спиной, стучу каблуком по металлу, уж, наверняка, останется вмятина от набойки.

Не слышу, но ощущаю буквально кожей, что за дверью возня.

Ещё и шторка глазка шоркает в сторону.

Саша делает из меня идиотку. Это больше всего бесит.

А я не идиотка. И ради всего святого… пусть будет мужиком и откроет эту дверь.

— Открывай уже, я знаю, вы там! — кричу практически в замочную скважину.