Книга Измена. Право на любовь, страница 51 – Катя Лебедева

Мужчина качает головой, и я вижу в этом свой приговор, и пусть. Сейчас это уже не важно.

— Я со всем разберусь. Если понадобится совет, тогда я обращусь к вам, но сейчас простите, мне нужно поговорить с женой, пока она себя не накрутила.

— Вспомни, кем ты должен быть для нее — когда я прохожу мимо отца и, возможного, делового партнера, летят мне в спину слова Решетова.

— Простите? — оборачиваюсь и спрашиваю, потому что не понимаю смысла сказанных слов.

— Я не знаю, что тебя толкнуло на измену, Максим, но ты всегда должен помнить, почему-то выбрал именно ее и что-то обещал ей, когда она говорила тебе «да».

Соня

— Они ушли? — обнимая себя руками, спрашиваю у мужа и не поворачиваюсь к нему.

Зачем? Я не хочу видеть его лицо. Не хочу сейчас смотреть ему в глаза. Я уже поняла, что он научился мастерски притворяться, и как бы я не хотела ему верить, как бы я не хотела увидеть правду, я все равно этого не получу.

— Да, все ушли. Поговорим? — подойдя ко мне, отодвигает рядом стоящий стул, и садится рядом со мной.

Я сижу к нему боком, не поворачиваюсь, единственное, что делаю, отпускаю себя, скрепляю руки в замок и кладу их на стол, и он тут же реагирует на это, накрывает мой замок своей ладонью.

— Сонь, не накручивай себя понапрасну, я тебя очень прошу. Я понимаю, за это время ты себя уже и так взвинтила себя до предела, но я тебя очень прошу, слышишь, очень, выдохни, выдохни и успокойся. Все совсем не так, как показалось, на первый взгляд.

Его голос спокойный, ровный, твердый. Так не говорят люди, которые лгут или чего-то боятся. Во всяком случае, раньше я так думала, а сейчас я в этом не уверена.

Все-таки муж оказался отличным бизнесменом, ему часто приходится улыбаться, изворачиваться с людьми, которые ему не симпатичны, но которые ему нужны, и вся эта фальшь, ложь, лицемерие, все проникло в нашу семью, через работу.

Он уже не обращает внимания на то, где он, с кем он, как он, Макс просто играет роль даже здесь сейчас со мной. Я уверена, что это роль, маска, притворство.

— Макс, давай прекратим все это. Я тебя очень прошу. Я хочу развестись с тобой, но зачем ты меня мучаешь? Все, нам теперь не нужно притворяться. Твой Решетов и так все знает. Все развалилось. Понимаешь? Мне больше не нужно мучиться, улыбаться, притворяться.

— Соня, выдохни и давай для начала поговорим и все обсудим. Не надо здесь этих истеричных концертов, — перебивает меня, но я не собираюсь сдаваться, игнорирую его слова и продолжаю.

— Дай мне свободу, прекрати ставить палки в колеса. У нас не будет счастья. Ну как ты этого не понимаешь? Все против нас. Все мы уже не можем существовать спокойно, да и любовница твоя, она тебя так просто мне не отдаст, не вернет в семью, а я… я не смогу уже жить как раньше. Не смогу смотреть тебе в глаза и думать, что безгранично верю и люблю.

Я ведь и правда не смогу, не смогу жить так же легко и без оглядки.Все, мое спокойное мирное существование давно испарилось, оно исчезло. Больше нет той милой Сони, которая готова быть с ним рука об руку, вдохновлять, оберегать домашний уют, и радоваться тому, что он возвращается, целует, обнимает и только мой, потому что он уже не мой.

— Глядя на тебя, я буду каждый раз вспоминать эти дни, буду думать, предашь ты меня снова или нет. Все, семья разрушена окончательно. Ее появление сегодня здесь стало последней крупицей, которая прикрыла могилу нашей семьи, понимаешь? Понимаешь это или нет?