Книга Развод. Вина предателя, страница 77 – Катя Лебедева

Я в тот день на него по обижалась, пофыркала, поиграла демонстративно в молчанку, но не помогло, не дожала, а больше чем на сутки меня в таких вопросах не хватает. А жаль, потому что терпение у мужа намного дольше и сильнее.

Но то, что сын после разговора с отцом снова стал собой, примирило меня, и в какой-то степени, поэтому, наверное, я так быстро отстала от Саши. В конце концов действительно бывают такие ситуации, о которых. Мужчины говорят лишь между собой.

И это не влюбленность, потому что это первое, что я спросила у мужа, и он сказал нет, дело не в этом. Любопытство, конечно, сжирает меня изнутри, но не так сильно, чтобы биться головой о стену.

— Саш, ты слишком много чего им позволяешь, слишком. Да, они дети, но мы в парке, здесь люди ходят, отдыхают, а они, ты посмотри, они как с ума сошли, как с цепи сорвались, как будто мы их в первый раз из дома выпустили. Так нельзя себя вести. Не подрывай мой авторитет в вопросах воспитания. Мы должны быть на одной волне.

Спорю с мужем, чем вызываю еще больший смех у него, а он плюет на все и стирает границы.

Муж прижимает меня к своему боку и обнимает за плечо, продолжая вот так идти. Со стороны мы явно смотримся, как счастливая семейная пара, потому что оба глупо улыбаемся, и я не вырываюсь. Все просто идеально, так, как должно быть, и так, как было раньше.

— Да будем, будем мы играть на одной стороне, но ты тоже не перебарщивай. Да, они много бегают, но они не единственные дети, которые так делают. И да, я понимаю, что не надо смотреть на остальных. Только, Полин, ну расслабься ты, дай им получать удовольствие. Они бегут аккуратно, никого не задевают. И, заметь, не кричат, а просто радостно спешат к нужному аттракциону. Выдыхай.

Есть в его словах что-то. Может быть, он, конечно, и прав, но я все еще внутренне сопротивляюсь этому.

Мне кажется, это как-то, не знаю, неправильно, что ли. Меня всегда учили сдерживать эмоции в общественных местах, скрывать их, я не должна была ни за что и никогда вести себя слишком вызывающе, громко, поэтому всегда старалась осаживать детей и сейчас продолжаю.

Хотя нет, раньше они так себя не вели. Ладно, будь что будет. Находясь в объятиях мужа, мозг плавится, я ни о чем не могу думать. Все, на чем могу сосредоточиться, его руки, его тепло, и мне хочется, как можно дольше идти до этого пирата, чтобы сохранить внезапную близость и магию момента.

Меня словно отгородили от всего мира, от всех проблем, я словно стала снова той слабой девочкой, которая была рядом с ним и это, как бы ни было обидно признавать, очень приятно.

— А вообще, сегодня потрясающий день, не находишь? И погода шепчет, и настроение хорошее. Давно мы так не проводили вместе время, очень давно, я успел поэтому соскучиться. А ты? — не знаю, вкладывает ли он в этот вопрос какой-то подтекст, но мне кажется, нет.

Похоже он просто спрашивает и делится тем, что у него на сердце, и мне хочется быть с ним столь же откровенной.

— Да, сегодняпотрясающий день и столько эмоций, а главное это действительно выходной, выходной, которого, как оказалось, нам всем не хватало, — соглашаюсь с ним.

Ну, правда, чего ради спорить, если я так думаю? Саше нравится моя откровенность, ему нравится, что я не притворяюсь, вижу это по его глазам, слышу по голосу, чувствую по прикосновениям, и нет, я не выдаю желаемое за действительное.