Книга Измена. Счастье вопреки, страница 1 – Катя Лебедева

Аня

— Анна Андреевна? — удивленно смотрит на меня помощник мужа, когда мы сталкиваемся с ним у лифтов в фойе на первом этаже. — Вы решили заглянуть к Виктору Сергеевичу.

Теперь настала моя очередь удивленно открыть рот. Со стороны мы явно смотримся очень комично, и явно раздражаем работников, решивших провести обеденный перерыв вне рабочих мест, потому что перегородили проход лифта.

— Что ты имеешь ввиду, Антон? Ты ведь сам написал сообщение с просьбой завести документы, который Виктор забыл дома, — решаю уточнить у мужчины, делая пару шагов в сторону, потому что люди уже начали на нас шипеть.

Вот почему всем проще возмутиться, высказать свое «фи» в самом неприглядном хабалочным способом, вместо того, чтобы тактично попросить отойти? Такое чувство, что ни с кем и никогда не случалось неловких ситуаций в жизни. Все же, люди везде одинаковые, и никакая одежда, никакой статус, приличная должность, не изменят того, что внутри.

— Анна Андреевна, я вам ничего не писал. Вы что-то путаете, — мотая головой, отучает мне, и я удивляюсь еще больше.

— Но как же? — сомневающимся голосом начинаю говорить сама с собой и лезу в сумочку за телефоном.

Не могла же я так ошибиться? Я точно видела от него сообщение, мне не могло почудиться, никак не могло.

— Да где же ты, — тихо ругаюсь на телефон, который снова сбежал из специального кармашка и где-то валяется. — Ура!

Все же нашла. Пора переходить на маленькие сумочки, чтобы только телефон, ключи и кошелек помещались, иначе в горе салфеток, кремов, расчесок и много чего еще, я начну терять абсолютно все. Но сейчас уже ничего не изменить, не стоит об этом задумываться.

Пока я захожу в мессенджер, ищу нужный диалог, лифт то и дело дзинькает, чем сильно раздражает. У меня и без того нервы сейчас натянулись до предела, сама не знаю почему. Возможно потому что муж в последнее время отдалился, а вчера и сегодня был такой злой, что я до сих пор ему на сказала о том, что у нас скоро появится второй малыш.

Мы вместе уже восемнадцать лет, еще немного и начнем говорить, что вместе дольше, чем порознь, но все равно друг друга любим, а раздражение его, это сложный период. Хотя, кажется, что сложнее чем в самом начале, быть уже не может.

Когда Витя познакомил меня с семьей, они сразу поставилина мне клеймо — «беспородная». Да-да, именно это слово первым слетело с губ свекрови, едва она взглянула на меня. Тогда я терпела, терпела ради мужа. И то, только потому что он не дал мне уйти.

Он сделал выбор в мою пользу, даже когда отец выкинул его из дома, надеясь, что сын вернется, поджав хвост. Но увы, того не случилось. Виктор выдержал все, поднялся, добился успеха, несмотря на все палки, вставляемые родителем в колеса.

И все это время я была рядом. Да мы от моей бабушки, которая воспитывала меня вместо погибших в автокатастрофе родителей, получали больше тепла и поддержки в те времена. Единственное, что она тогда мне сказала:

— Ох и намучаешься ты с ним, Анька, но, если любишь, не вешай нос, потому что он тебя любит. На деда твоего похож, такой же упертый, — начав смеяться, утирала выступившие от счастливых воспоминаний слезы. — И любит так же. Поверь, ради тебя он горы свернет.

И она была права. Во всем права. Почти. Только троих детей она нам обещала, а я, после того как родила Максима, смогла забеременеть только один раз через три года. Вот только свекр нам подкинул очередную порцию проблем, и от сильного стресса я потеряла малыша на раннем сроке.