Книга Насквозь, страница 10 – Таша Строганова

Сам мастер, с огромными рыжими усами, обнаружился у холодильника. Он активно жестикулировал и доказывал что-то своему су-шефу.

Ваня ещё не запомнил всех имён, но Люсьен сразу врезался ему в голову. Такого захочешь, не забудешь.

Про подобных людей говорят: человек с пассивной жизненной позицией. Пидор, короче.

То, что Девор тут главный, чувствовалось даже без объявления свыше. Впрочем, Роман вчера, когда представлял Ваню, всё же расставил приоритеты.

- Ты, - пока Белоусов предавался воспоминаниям, к нему рыжей фурией подлетел Девор. Он изъяснялся на ломаном русском. – Человек, меня тебе навязали!

Ваня подавил смешок. Как и здоровый мужик, стоящий за плечом Люсьена.

- Но ты будешь делать всё, как я буду сказать! – шеф не унимался. – Я тебя буду дрессировать! Вот, - он сунул в руки ошалевшему Ивану корзину с картофелем и морковью, - сегодня надо делать турне*! Быстро!

Ваня смотрел на корзину у себя в руках охреневшим взглядом.

Да, он понимал, что его взяли помощником помощника на испытательный срок. Да, он был готов эту чёртову картоху мешками чистить. Но он, мать его, понятия не имел, что такое турне.

Девор уже улетел отвешивать люлей кому-то следующему. А здоровый мужик, который до этого посмеивался, сейчас откашлялся в кулак и уставился на Ваню смеющимися глазами.

- Вася, - представился он, но тут же сделал серьёзное лицо, - Василий Емельянович Абрамов. Су-шеф.

- Очень приятно, - буркнул хмурый Ваня, который даже руку подать не мог из-за здоровой корзины. Он, конечно, за своюжизнь не один мешок перетаскал, но такое ощущение, что в этой корзине минимум тонна. – Где можно встать?

Абрамов выделил ему место за столом и необходимые инструменты. Показал, где что лежит и, между делом, поведал пару сплетен про Девора. Похоже, этот французишка достал тут всех.

- Василий Емельянович, - Белоусов не очень любил кого-то просить, но ситуация была безвыходной, а бежать по каждому поводу к Бессонову точно не улыбалось, - вы мне, это, покажете, как турне делать?

- Где же тебя, мил человек, Роман выкопал? – Абрамов широко ухмыльнулся и покачал головой. Но мужиком он, видимо, действительно был нормальным. Потому что и правда показал.

Один раз. И ушёл, сказав, что на сегодня это экзамен для Ванька. Мол, к обеду вся корзина должна быть нарезана должным образом.

Ваня, который ни черта не запомнил, повертел в пальцах фигурно обрезанную картофелину и вздохнул.

Ладно, мужик он или не мужик.

***

У Ромы с самого утра чесалось всё, чтобы сходить на кухню.

Вчера он представил Ваню поварам. Люсьен предсказуемо устроил истерику, но Бессонов напомнил, что хозяин тут пока что он. Оставалось надеяться, что Абрамов не даст парню пропасть.

Конечно, Рома не сомневался, что Белоусов сможет за себя постоять, но он вряд ли до этого имел дело с шефами из Франции.

Всё утро в кабинете было подозрительно тихо. Никаких тебе визитёров. Даже жутковато. Как в той поговорке про то, что, если ваш ребёнок слишком долго сидит в тишине, пора бить тревогу.

Ближе к одиннадцати часам, когда решил насущные вопросы, Бессонов не выдержал.

Он ворвался в кухню размашистым шагом и замер, оглядывая всех. Никакого кровопролития замечено не было. Люсьен увлечённо мешал какой-то соус, поучая при этом поварёнка, Тимошу, кажется. Абрамов руководил десертным столом, раздавая указания двум подмастерьям. Остальные тоже были при деле.