Книга Насквозь, страница 27 – Таша Строганова

- Петь, - Рома достал веник с совком, чтобы собрать крупные осколки, - я не в настроении для бесед. Ты зачем пришёл?

- Ладно, не бугурди, - Петров поднял руки, признавая свои мирные намерения. – Ты вчера так внезапно сбежал, да ещё и не отвечал на звонки потом. Решил проверить, жив ли ты ещё.

- Какая забота, - сарказм помимо воли сочился в голосе. Рома действительно давно не чувствовал такого раздражения. И дело даже было не в старом приятеле.

Да, он был расстроен случившимся с Ваней.

Стоило признаться хотя бы самому себе. Но делиться этим с Петровым он точно не собирался.

- Как видишь, со мной всё в порядке.

- Что же тебя так разозлило? – Петров, въедливый гандон, похоже, не собирался отлипать. – Не та ли причина, по которой ты вчера так резко сорвался?

- Не хочу тебя расстраивать, но это не твоё дело, - собрав мусор, Рома выбросил осколки в ведро. Остальное надо было собрать моющим пылесосом.

- Раньше ты не был таким темпераментным, - Пётр ещё раз оглядел следы погрома, не до конца устранённые.

- Всё меняется. Слушай, я действительно не в настроении, - Рома сжал пальцами переносицу. – Хочу принять ванну, а потом поработать.

- Скучный выходной холостяка, - Петров ухмыльнулся. – Ладно, Ромео, я понял. Не буду стеснять тебя своим присутствием. Но ты, - он уже поднялся, чтобы выйти и на секунду задержался, - если что, можешь поделиться. Я не лучший советчик в мире по отношениям, но вдруг.

Вот уж точно нет.

- Хорошо, - Роман вежливо кивнул.

Он никогда ещё не был на самом деле настолько груб с гостями. Тем более, с Петровым. Расстались они давно и мирно. Остались друзьями, причём неплохими. Но в последние дни друг вызывал только раздражение.

И как раньше Рома не замечал вечного флирта Петра? А тут ещё с советами своими лезет.

Нахер такое.

И пусть с Ваней ничего не светило, бросаться от отчаянья на что-то другое Роман точно не собирался.

А вот над тем, как вести себя с Белоусовым, точно стоило поразмыслить. В ванной и за бокалом вина.

***

Гошик подлил Ване ещё кипятка, разбавляя крепкую заварку в чашке.

- И что думаешь теперь делать?

- Не знаю я,- Ваня с тоскливым вздохом сунул в рот очередной эклер. Вкусные, сука, такие. – У меня полный пиздец в голове. С одной стороны, он ведь не виноват. Я ж сам полез к нему. Да ещё и бухой.

- А с другой? – осторожно уточнил Гоша.

- А хули он такой заботливый? – Ваня вспылил. – Хули вечно улыбается улыбочками своими. Глазами своими, блядскими, зелёными хули смотрит? Выискался, мать его, рыцарь. Будто я не знаю, что у него на уме.

- А он тебе, ну, - Игорёк замялся, - сам предлагал?

- Нет, - врать Белоусов не стал. Как бы ни старался спихнуть вину на Бессонова, но это было бы нечестно. – Наоборот, говорил, что я ему не нравлюсь, не в его вкусе, видите ли. Но и не отрицал, что пидор.

- Ну знаешь ли, - Гошик пожал плечами и откусил кусочек эклера, продолжив уже с полным ртом, - если он гей, ему действительно не обязательно хотеть именно тебя. Тип, - он облизнул крем с пальцев, - вот мне нравятся девчонки. Но ведь есть и те, которые ну вообще мимо. Стрёмных же никто не отменял.

- То есть, ты считаешь, что я стрёмный? – Ваня насупился. – Недостаточно хорош для пидора?

- Да едрить-колотить, - Гошик закатил глаза. – Часто тебя по голове очень бьют, Белоусов. Вроде не тупой, а как что-то ляпнешь. Ведь может же быть вероятность, что этот твой Бессонов Роман, как его там, Владимирович? Так вот, что он действительно хороший и отзывчивый чувак. А ты ему понравился просто как человек. И у него нет желания отыметь тебя.