Книга Развод. Другая семья, страница 38 – Юлия Ильская

— Что там можно делать столько времени? — шепотом спрашиваю я.

— Успокойтесь, прошло всего пять минут, — говорит Александр, не сводя глаз с двери.

Наконец дверь открывается, и мужчины выходят. Вадим доволен, улыбается, что-то говорит Николаю. Тот нервничает, озирается по сторонам. Александр отдает команду в рацию, и к ним тут же подскакивают парни в камуфляже, укладывают на землю. Прям как в кино!

— Я должна с ним поговорить! — восклицаю я. — Пожалуйста!

— Нет, это может быть опасно, — возражает Александр.

— Да что там опасного? Ваших парней вон сколько, и в наручниках он. Уж Вадим хоть и подонок, но не боец спецназа. Пожалуйста, для меня это важно, чтобы он знал, за что ему это все.

— Ладно, только пять минут, — вздыхает Александр.

Мы выходим из машины и подходим ближе. Александр делает знак, и Вадима поднимают на ноги. Он замечает меня, и глаза его лезут на лоб.

— Ты! Это твоих рук дело?! — смотрит на меня с ненавистью, но меня это абсолютно не трогает.

— Это твоих рук дело, — парирую я. — Если бы не воровал, ничего бы не было. Но да, я помогла следствию.

— Как подло ты со мной поступила, жена! За что?! — кричит мне муж, закованный в наручники.

— Не подлее, чем ты с нами! — холодно парирую я. — Ты жалел родной дочери на лекарства, а чужого ребенка по морям возил! За все надо платить, Вадим!

— Стерва! Да что ты можешь! Я тебя размажу! — Вадим скалится, из его рта летит слюна, я брезгливо отступаю.

— Я все могу, — усмехаюсь я. — А вот ты теперь ничего! Партия разыграна, Вадим, ты потерял все!

— У-у-у, ведьма! — шипит бывший муж в бессильной ярости.

Только мне-точто — пусть бесится, я теперь свободна!

Вадима уводят, а я поворачиваюсь к Александру, на моем лице улыбка.

— Так ему и надо! — говорю я.

— Согласен, — отвечает прокурор.

Глава 29

Сижу в этой камере, вонючей и сырой, как в подвале. Окно — решетка, за ней только серое небо и время, которое ползёт, как черепаха. Оно останавливается, но мысли не дают покоя. Как я сюда попал? Вспоминаю, как всё начиналось.

Илона, её улыбка, смех. Предательство Олеси. И я, дурак, думал, что смогу играть с огнём и не обжечься. А теперь вот сижу, как последний неудачник. Столько раз ходил по краю, но мне везло, а теперь всё — весь мой бизнес коту под хвост. Да какой бизнес, вся моя жизнь! Сейчас дадут лет пять, и всё!

Дверь скрипит, и охранник, угрюмый, как медведь, говорит:

— Вставай, выходишь. Кто-то за тебя похлопотал.

Кто? Я даже не представляю. Может быть, Илона подсуетилась? Внутри что-то сжимается, и зреет предчувствие беды. Нет у Илоны таких денег и связей. Ноги, будто сами собой, ведут меня к выходу. На улице свежий воздух бьёт в лицо, но мне не легче. Горло сжимается, глаза слезятся от яркого солнечного света.

На пороге стоит Мансуров. Ухмыляется, как скотина, смотрит свысока. В его глазах злоба, и я ежусь от страха. Наверняка, вытащил меня, чтобы прибить собственными руками.

— Ну что, Вадим, — говорит он, — теперь ты будешь работать на меня. Пока не отработаешь все свои долги.

Работать на него? Я уже не человек, я товар. И там столько, что не один год отрабатывать, но всё же лучше, чем в тюрьме… До чего я дошёл?! Выбираю между рабством и тюрьмой. Чувствую, как внутри всё ломается. А ведь когда-то у меня была жизнь, семья, Илона. Всё кажется таким далеким.