Книга После измены. Новый год для троих, страница 11 – Ольга Дашкова

— Ирина Петровна, если кто-то посторонний будет интересоваться Алисой, обязательно позвоните мне, — прошу я.

— Что-то случилось? — она выглядит обеспокоенной.

— Возможно, ее отец попытается с ней увидеться. Но у него нет на это права.

— Понятно. Мы будем осторожны.

Но уже на следующий день Ирина Петровна звонит мне на работу:

— Лиза, к нам приходил мужчина. Представился представителем благотворительного фонда, хотел устроить детям новогодний праздник.

— Как он выглядел? — сердце замирает.

— Лет тридцати пяти, высокий, в дорогом пальто. Очень воспитанный, интеллигентный. Но что-то в нем настораживало…

— Что именно?

— Он слишком много интересовался именно Алисой. Спрашивал, как она адаптировалась, есть ли у нее друзья, как живет, в чем нуждается. Я сказала, что мы не обсуждаем личную жизнь детей с посторонними.

Это точно был Герман. Он нашел садик.

— Вы правильно сделали. Если он появится снова, сразу звоните мне.

— Лиза, может, стоит обратиться в полицию?

— Пока нет. Он ничего плохого не делал.

Но внутри все дрожит от страха. Что, если он попытается просто забрать Алису? Юридически у него нет никаких прав, он даже не записан как отец. Но у него есть деньги, связи, возможности. А у меня? Ничего.

Вечером, когда Алиса спит, я сижу за кухонным столом с чашкой остывшего чая и думаю о том, что делать дальше. Можно поменять садик, но он найдет и новый. Можно переехать в другой город, но куда? На что? У меня нет денег на переезд, нет связей в других городах, нет возможности бросить работу. А главное — имею ли я право лишать Алису отца? Даже такого, каким он оказался?

Звонок в дверь заставляет подпрыгнуть. На часах половина одиннадцатого вечера. Кто это может быть? Подхожу к глазку и замираю. За дверью стоит Герман.

— Лиза, — говорит тихо, и я понимаю, что он знает — я стою за дверью. — Мне нужно с тобой поговорить. Я не уйду, пока мы не поговорим.

Не отвечаю, надеясь, что он передумает и уйдет. Но Герман терпеливождет. Минута, две, пять…

— Лиза, пожалуйста. Я понимаю, ты меня ненавидишь. И имеешь право. Но у нас есть дочь. И она имеет право знать, кто ее отец.

— У меня есть дочь, — говорю я сквозь дверь. — У тебя никого нет.

— Ты не можешь стереть меня из ее жизни. Я ее отец, нравится тебе это или нет.

— Отец? — голос срывается на высокую ноту. — Ты пять лет не знал о ее существовании! Где ты был, когда у нее резались зубки? Когда она делала первые шаги? Когда болела? Где ты был, когда нам нечего было есть?

— Я не знал! — его голос тоже становится громче. — Ты не сказала мне!

— И правильно сделала!

— Лиза, открой дверь. Хотя бы дай мне объяснить…

— Объяснить что? Как ты делал предложение другой женщине, пока я носила под сердцем твоего ребенка?

Молчание. Долгое, тяжелое молчание.

— Я развелся, — наконец говорит он. — Полгода назад. Карина… это была ошибка. Самая большая ошибка в моей жизни.

— И что это меняет?

— Все! Я свободен. Я могу быть отцом Алисе. Могу помогать вам. Могу…

— Можешь что? — прислоняюсь лбом к двери. — Можешь вернуться и играть в счастливую семью? Думаешь, достаточно сказать «прости», и все будет как раньше?

— Нет, — тихо отвечает, — Я знаю, что потерял тебя навсегда. Но дочь… Лиза, дай мне шанс узнать дочь.

— Она не нуждается в отце, который появляется по настроению.