Книга Измена. Игра на вылет, страница 112 – Елена Грасс

Они могут свободно перемещаться по территории, но покидать её без разрешения – нельзя ни при каких условиях, даже если очень хочется.

Нарушить это правило – значит получить более строго наказание.

Лариса, попав в такие условия, уже и сама не хотела ничего нарушать, потому что поняла: больше ей никто не поможет, и любые действия теперь чреваты последствиями.

Хотя на суде она и держалась гордо, с высоко поднятой головой, все видели – внутри, что она была раздавлена.

После того как её забрали в изолятор временного содержания и не выпустили через сорок восемь часов, её мир рухнул окончательно.

Она осознала, что больше рядом не будет отца, который решал все её проблемы, не будет бесконечных денег, которые она раньше тратила, не задумываясь, не будет поддержки мамы, которая всё прощала.

Именно с того дня для неё и началась настоящая жизнь. Та, где она больше не привилегированный человек, а одна из многих простых людей.

Жизнь, где нужно заработать, заслужить уважение, а не требовать его по праву того, что у твоего папы очень много денег.

Жизнь, где даже простой разговор с другими – испытание, ведь Лариса никогда не общалась с «простыми» людьми на равных.

Она увидела другую реальность, и к ней пришлось привыкнуть. Да и выбора, надо признать, не было.

По закону, время, проведённое в изоляторе до решения суда, засчитывается в срок наказания. Лариса провела там чуть больше полугода, и этот период ей зачли.

А дальше этапирование в колонию-поселение и жизнь там ещё чуть больше года.

Выйти раньше она смогла только благодаря условно-досрочному освобождению.

И вот здесь уже да, не обошлось без помощи её отца. Он помог с решением этого вопроса, но сделал это не потому, что отступил от своих принципов или нарушил данное слово. А просто не хотел, чтобы Лариса привыкла к тюрьме окончательно.

Даже колония-поселение – это всё равно изоляция, ограничения, жизнь по чужим правилам. А если бы она задержалась там дольше, до конца срока, то рисковала превратиться в человека, который уже не сможет жить на свободе.

Саша хотел дать ей шанс вернуться к нормальной жизни.

Прежде чем помочь ей выйти по условно-досрочномуосвобождению, он поговорил с ней о его условиях.

Его предложение для дочери было простое, но суровое: Лариса выходит досрочно, но не возвращается в город, а едет к тёте Тоне в деревню, где проведёт ещё два года под её присмотром.

Тётя Тоня – женщина строгая, работящая, с железным характером. Она знала о нашей жизни, и однажды сама предложила такой вариант.

– Если надо перевоспитать дочь, отправляй ко мне. У меня никто без дела не сидит.

Согласна. В этом мы уже убедились, когда она приезжала пять лет назад в гости.

Саша зацепился за эту идею, но сначала даже мне ничего не сказал. Анализировал, думал, сомневался.

Хотя мне и говорить ничего не надо было. Я и так видела, как его грызёт эта ситуация, в которой оказалась его дочь.

Да, чувств было много. С одной стороны: принципы, обида на дочь за все её поступки.

С другой стороны, он всё равно не может просто бросить своего ребёнка, даже если тот ошибался.

Лариса согласилась на условия Александра. Деревня, конечно, не курорт, ни Бали, ни Ницца, но куда лучше колонии.

Тётя Тоня после её приезда, сразу сказала Ларе:

– Скидок не жди. Ты, городская дамочка, будешь работать наравне со всеми! Подъём не в полдень, а в пять утра. Хочешь или нет, неважно! Работы много, дел невпроворот: коровы, огород, дрова, уборка. Никаких капризов, нытья или слов «я не умею». Мне плевать! Захочешь кушать, будешь пахать.