Книга Измена. Игра на вылет, страница 38 – Елена Грасс

Полицейский кивает, слишком быстро, на лице появляется улыбка.

– Это непременно!

Я догадываюсь, ему очень хочется поскорее замять ситуацию, и совершенно точно он рассуждает как младший по званию. Только у него хватает ума и опыта не говорить нам с Беловым это вслух.

Разворачиваюсь и иду на кухню, не оглядываясь, но слышу за спиной шаги Белова. Поворачиваюсь к нему и жду, что он скажет.

– Ты слушал, её выпроводят. Так что лучше, чтобы не позориться и её не выводили в наручниках, пусть валит из моей квартиры побыстрее.

– Ты сейчас не кипятись, ладно? Я уже понял, что ты настроена категорично, но… У нас ситуация такая сложная. Я был уверен, что отец уступит ей, если Лариса поставит ему определённые условия. Он дочери многое прощал раньше, но сейчас неожиданно в позу встал. Она ему предложила, чтобы, ну раз он не хочет, чтобы мы в основном доме жили, пусть хотя бы в доме для гостей тогда. Но он упёрся и сказал, что раз я ей так дорог, она уходила вместе со мной.

Белов начинает оправдываться. Не агрессировать, как примерно час назад, когда он вытолкал меня из дома, а наоборот, мягко стелить.

– Вышвырнул её, значит. И правильно сделал! Молодец мужик, что не прогнулся. Наверное, до этого слишком долго прогибался, раз она такой дурой выросла.

Он хмурится, но ничего не отвечает.

– Марта, а давай так… Я не планировал тебя никуда выталкивать, это чистой воды импровизация, но теперь она мне кажется прекрасной, – признаётся не стесняясь. – Я думаю, мы быстро теперь, при таких остоятельствах решим как сделать так, чтобы ты одна жила в квартире, а мы жили с Ларой у неё.

Я прямо вижу, как он усердно думает. Глаза бегают, он сам слишком суетлив в своём поведении.

– Ты сейчас прямо позвони Воронову и скажи, что я привёл её в наш дом, а ты вышвырнула её за дверь. Прямо так и расскажи: что она тут начала вести себя как хозяйка, что у вас драка случилась, что я тебя вытолкнул. А ещё что ты устроишь скандал и об этом все узнают! О, обязательно скажи, что ты вызвала полицию! И Ларису выведут отсюдав наручниках! В обезьянник скажи, к преступникам заберут.

Белов замолкает на мгновение, словно подбирает слова, как бы ещё усугубить историю.

– Напугай его и по поводу клиники тоже. Он же хочет, чтобы ты работала в клинике, верно? – Нагнетает, перечисляя всё подряд. – Всё как было у нас скажи, в лоб! А если ты на самом деле не планируешь работать, тогда добавь, что репутацию ему похоронишь. И ничего уже её не спасёт!

На лице почти бывшего мужа столько злости и агрессии, что, кажется, будто он сейчас взорвётся от ненависти к Воронову.

Смотрю на него очень пристально. В глаза смотрю, хочу понять, расширены ли зрачки, есть ли какие-нибудь признаки, возможно, приёма каких-то препаратов, от которых он ведёт себя столь неадекватно.

– Ты принимал что-нибудь? – спрашиваю в лоб.

Он сначала не понимает меня, но потом догадывается о моём вопросе и начинает отрицательно крутить головой.

– С ума, что ли, сошла?! Нет, конечно!

– Просто поведение у тебя крайне неадекватное. И зрачки… они всё-таки расширены, Артур. Ты же знаешь как врач, что это может означать, поэтому мой вопрос вполне логичен.

– Ничего я не принимал! – гаркает. – Зрачки могут быть расширены от отсутствия нормальной освещённости, при тревоге, сильном психологическом возбуждении. Ты сама всё это знаешь и не сочиняй ерунду! Ещё полицейским ляпни что-нибудь такое!