Книга Бывшие. Лада с «прицепом», страница 58 – Елена Грасс

— Смирнов, я рад, что ты пооперился, и как понимаю, зарабатываешь неплохо. Всё на пользу пошло и тебе, и ей, не находишь? Злость, она ведь иногда не во вред, согласись.

— Тебе на пользу, не ей. Ты и её обманул и меня обманул.

— Какая разница. Теперь тебе, что от неё надо? У неё ребёнок от другого, зачем она теперь тебе?

— Ладно. Я не для этого пришёл, — напоминаю себе, что пока не время для разборок. Я не выиграю эту войну, если начну махать кулаками. — Я пришёл тебе сказать, что готов простить тебе твою ложь, где якобы я твои деньги взял, и остаться в этом обмане, но взамен у меня будет одно условие, которое ты обязан будешь выполнить.

— Какое ещё условие?

— У неё квартира есть, которую ты когда-то вместе со своей женой купил для неё. Отдай ей ключи. Пусть они с Алисой живут нормально, без страха, что им на голову рухнет когда-нибудь с прогнившими балками потолок.

— Не лезь туда, куда тебя не просят, — рявкает на меня.

— Твоей дочери нужна помощь! Да, у неё сильный характер, но она переносит очень тяжело болезнь, и тратить силы на то, чтобы выжить сейчас не время. Ей нужно быть уверенной, что хотя бы жильё у неё нормальное будет. Чего ты добиваешься? Этим воспитываешь её? Зря! С ней такое не работает!

— Сказал, не лезь!

— За ложь твою, которой ты искалечил мне жизнь, — игнорирую его рыки, — за попытку посадить моегобрата по тяжким статьям я в какой-нибудь подворотне давно мог бы давно разбить тебе голову. Ты же это понимаешь?

— Но не сделал этого. Понимаешь, что силы не равны. А если сделаешь, сядешь. Ты боишься сам, но выставляешь это как достоинство.

— Нет, твоя логика неверна. У меня просто другие методы, — подхожу к главному.

— О чём ты? — напрягается. — Ты копаешь что ли под меня, сосунок? — улыбается теперь, веря, что я неспособен найти на него компромат. — Ты не слишком ли мнишь о себе? Ладно, — отмахивается, — вали отсюда. Я только время зря потратил, — ослабляет галстук на шее, замечаю, как пульсирует венка на его шее.

Он боится меня… я понимаю теперь это совершенно точно.

Теперь до меня доходит, что он явно не ожидал моего появления в их жизнях спустя столько времени, и я совершенно точно испортил много планов.

До этого, полагаю, они реализовывались без каких-либо трудностей, и он, совершенно точно расслабившись, уверовал, что так будет и дальше.

Успешный бизнесмен, послушная дочь, такая же жена, зять на коротком поводке без права голоса и каких-либо здоровых амбиций, безропотный коллектив на работе… И он во главе угла этой великой пирамиды.

Как не тешить своё больное самолюбие?

— Да, — киваю, — я своё тоже зря, как вижу, потратил. И мне рассиживаться некогда. У меня ведь на таможне проблемы возникли.

— На какой таможне? — а глазки-то забегали…

— На обычной. У меня же компания по перевозке грузов. Вы разве не знали, Михаил Степанович? — перехожу в официальный тон.

— Нет… А что ты возишь? Ну, точнее, твоя компания?

— Много всего перевозят наши ребята. Плитку, например, керамическую. С вашей компанией работаем уже почти четыре года. А вы не знали?

— Ты врёшь… — заволновался.

— Нет, не вру. Зачем мне это? Контракты откройте. Их уже около двадцати, наверное. На пятом сбился со счёта. Заместители ваши с нашими директорами вполне неплохо сработались. А что вы так напряглись, Михаил Степанович?