Книга Bad idea, страница 177 – Ана Эспехо

– Профессор Стоун, можно войти? – заглядываю в кабинет с неуверенностью и тяжелым ожиданием.

– О, мисс Льюис, конечно, конечно, проходите, – он быстро закрывает свои документы, убирает их в ящик стола, приспускает свои очки и взглядом приглашаем меня сесть. Сажусь напротив профессора. На колени кладу сумку, нервно держа в руках папку с нашей курсовой. Нет, с моей работой и с работой Тома, две части которой мы просто соединили в одну. Не больше.

– Профессор Стоун, я хотела извиниться за то, что сдаю курсовую в день зашиты. За мной никогда такого не наблюдалось, и я всегда все делала вовремя. Сейчас просто столько всего навалилось… – я переспала с парнем, благодаря чему он выиграл спор, рассказала ему о себе больше, чем кому бы то в жизни и выпала из реальной жизни по вине обольстительного и опасного британца, вскружившего мне голову.

– Мисс Льюис, вашу курсовую я готов принять в любое время. Только никому об этом не говорите, а то меня обвинят в фаворитизме, – мистер Стоун добродушно улыбается.

– Тогда вот, – кладу на стол папку и неловко улыбаюсь. Профессор Стоун достает работу и бегло пролистывает, останавливаясь на моментах, заинтересовавших его.

– Ваш мистер Хард постарался, я смотрю, – он кивает, соглашаясь с мыслями в своей голове и ободряя мысли Тома.

– Он не мой… – жестом руки профессор останавливает мои попытки оправдаться.

– Мисс Льюис, я достаточно долго живу на свете, чтобы разобрать, кто из моих студентов ведет интрижки, а кто состоит в настоящих отношениях, – застигнутая врасплох, я ошарашенно смотрю на своего преподавателя и не нахожу что ответить. Профессор понимающе улыбается, похлопывает ладонью по гладкой папке, в которую успел убрать курсовую и взглядом указывает на дверь.

– Я думаю вы будете не против, Майя, если презентацию работ мы сегодня начнем с вас? – удивленно смотрю на преподавателя. – Понимаю, быть первой –всегда волнительно, но у этих обалдуев хотя бы будет пример перед глазами.

– Как скажете, профессор, – широко улыбаюсь, но чувствую нарастающее волнение в области солнечного сплетения. И живот от страха скручивает в тугой узел. Быть первой нестрашно. Меня до чертиков пугают слова мистера Стоуна.

Каким-то неведомым образом почти посторонний человек разобрался в моих чувствах быстрее, чем я сама, расставив всё на свои места, объяснив мне доступным языком, что я испытываю к Харду сильные чувства, которые можно описать одним словом. На меня накатывает некое волнение, легкое возбуждение и я спешу на поиски брюнета, который находит меня раньше на пути в мужскую раздевалку.

– Я как раз собирался тебя искать? – удивленно изгибаю брови. Учитывая, что мы не виделись с Томасом несколько минут, он искал меня не просто так.

Хард немного взволнован. На него это не похоже. Но отдать брюнету должное, он мастерски держит лицо.

– Зачем? – воспринимает мой вопрос как посторонний шум. Получить ответ и не надеялась, но после слов профессора о наших с британцем отношениях, я чувствую себя такой воодушевленной.

Томас заводит меня в пустую мужскую раздевалку и запирает дверь. Обычно за этим следует только одно! Хард молчит как партизан и ведет себя очень странно, что жутко нервирует.

Берет меня за руку и подводит к небольшому столу, разворачивая к себе лицом. Ну, почему я позволяю помыкать собой как будто самая обычная игрушка для сексуальных утех? Потому что ожидание волнует, а интерес к тому, что задумал этот извращенец бьёт фонтаном!