Книга Ненавижу. Скучаю. Люблю, страница 106 – Ники Сью

—Вау, — я хлопнула в ладоши. — Это же здорово! Ты такой молодец! Поздравляю, Антон!

Лицо Левакова вдруг изменилось: глаза расширились, губы распылились в смущенной улыбке. Его грудь то поднималась, то опускалась, и мне показалось, в нем будто второе дыхание открылось. Я поднялась из-за стола, включила чайник, а затем подошла к Антону и чмокнула его в щеку, шепча на ушко:

— Я так горжусь тобой! Мы завоюем этот мир.

— Спасибо, Юль. Спасибо, что поддерживаешь, — произнес неожиданно Леваков.

— И тебе, спасибо, что ты есть у меня, — честно призналась я. Страшно представить, как бы все обернулось, если в моей жизни не появился Антон, если бы он не рискнул всем ради одной глупой девчонки, мечтающей о свободе. А говорят еще, в жизни не бывает рыцарей. Мы просто не замечаем их подвигов, порой забыв в нужную минуту сказать слова благодарности. Нам кажется, жизнь складывается сама, где-то удачно, где-то не очень. Но ведь именно окружающие нас люди докладывают недостающий пазл в картинку, именно они помогают достичь финиша.

Антон

После повышения по карьерной лестнице, у Антона появилось чуть больше свободного времени и он, наконец-то, смог нормально посещать пары. Да и в последнее время усталость не давала о себе знать, возможно, дело было в Юле, которая каждый день встречала дома с вкусным ужином и в красивом комнатном халатике, а еще в страстных ночах, которых Леваков ждал с особенным трепетом. Жизнь налаживалась, но оставалось одно «но», которое он планировал решить. Даже целую схему придумал, в этот раз самостоятельно, но на работе сотрудники все равно прознали и предложили помочь с художествами.

В итоге вместо плаката с сердечками, нарисовали машины, молнии, горы и мотоциклистов. Потом мужики пожелали удачи, и Антон помчался в универ. Он знал, четвертной парой стоит совмещенная лекция, где будет и его группа, в том числе, и Юлькина, в общем, народу порядка ста пятидесяти человека.

Однако неожиданный дождь чуть все не испортил, пришлось остановиться и купить пару пакетов, чтобы как-то спасти волшебный плакат. Без него осуществить план не получится, и пускай для Снегиревой уже не важен был этот маленький пункт, но Антон хотел доказать ей свою серьезность.

Припарковавшись возле главного входа, Леваков вытащил плакат, и помчался на пару, хотя занятие шло уже минут пятнадцать. Проскочив мимо турникетов, оставляя мокрые следы, Антон притормозил возле настенного зеркала. Поправил прическу, улыбнулся сам себе, вдохнул побольше кислорода и радостный устремился дальше.

Возле дверей лекционного зала, Леваков чуть прислушался к тому, что происходит внутри. Затем повернул ручку и заглянул в маленькую щелочку, пытаясь разглядеть, где стоит педагог. Женщина поднялась на первую ступеньку, оставляя стол и доску далеко позади.

— Класс, — шепнул сам себе Антон. Затем максимально неслышно вошел, стараясь не привлекать к себе внимание учительницы. Зато народ моментально его заметил, начали переглядываться, улыбаться. Вон Шестаков сидит, болтает с какой-то девчонкой, а вот и Снегирева, улыбнулась ему. Антон показал пальцем возле рта, мол, молчите, ребят, сам же проскользнул к доске и быстренько развернул плакат.

Женщина вещала об экономических теориях, не подозревая, что за ее спиной разворачивается целое шоу. Леваков вздохнул, он почему-то жутко нервничал,когда поднимал плакат лицевой стороной вверх.