Книга На предельных скоростях, страница 102 – Ники Сью

– Мам! Мы тут вообще-то…

– Спасибо, – не дал мне договорить Громов. Он улыбнулся маме, а она вдруг улыбнулась ему. Кажется, кое-кто был рад, что мы так резко сменили тему. – Обещаю, я больше никогда не оставлю вашу дочь.

Мамина свадьба прошла, к моему удивлению, в тихом семейном кругу, в уютном ресторанчике на склоне горы. Не было шумного застолья, громких тостов, как мама изначально планировала: только я, Вадим, его девушка, Юрий, несколько подруг невесты и мой Ярослав.

А спустя неделю, Громов предложил поехать в короткое путешествие, в конце концов, мы оба безумно от всего устали. Он от работы, я от учебы… Ну и в целом, то помины Арта выбили, то встреча с Андреем. Последнее вызвало у меня особенную волну переживания, но совсем зря. Куприн сказал, что те гонки помогли ему отпустить брата. Больше парень не страдал бессонницей, и смог посвятить свободное время матери. Громов ему ничего на это не ответил, молча кивнул и ушел к себе. А потом предложил мне эту поездку.

И хотя погода еще стояла не особо теплой, конец марта как-никак, я не стала отказываться. Тем более приближался день смерти или как родители Сережи объявили, день его прощания, которое мы не могли пропустить. Громов хотел что-то важное сказать другу в каком-нибудь в красивом месте. Море – идеальный вариант.

Отправились мы в короткое путешествие, выбрали субботу и воскресенье, на машине. По пути слушали разную музыку, болтали, останавливались в придорожных кофе. Это было какое-то невероятное ощущение, когда ты можешь просто ехать куда-то вперед, не задумываясь ни о чем.

Морской городок встретил нас прохладным ветром, и безумно красивым закатом. Малиновое небо, раскрашенное всполохами, выглядело таким, словно его изобразил гениальный художник. Я даже сделала несколько снимков, желая сохранить момент в памяти, хотя бы телефона.

Ярик купил в местном магазине вино, упаковку нарезанного сыра и хлеб. С этим арсеналом мы спустились к пляжу, костер разводить не стали, уселись на бревно, которое валялось у берега. Ярослав открыл бутылку и налил в картонные стаканчики алкоголь.

– Даже не знаю, за что выпить, – произнес он, разглядывая алую жидкость. Я взяла кусочек сыра, поднесла к носу и вдохнула вкусный молочный запах. Кажется, мой желудок успел проголодаться с последней нашей закуски.

– За дружбу? – предложила я. Ярик посмотрел на меня и покачал головой.

– За такое пить банально.

– Тогда может… за юмор?

– У Сереги с ним были проблемы, – хихикнул Громов.

– А мне кажется, у него с ним все было тип-топ. В отличие от некоторых…– с намеком кинула я. Яр недовольно покосился да с таким видом, словно говорил: “ты вообще не попутала, любимая. Мое чувство юмора ровно богу”. Я не смогла сдержаться от своего умозаключения и прыснула со смеху.

– Как хорошо тебе живется, Абрамова.

– В смысле? – я вытянула ноги, разглядывая, как чайка совершала посадку.

– Сама пошутила, сама посмеялась. Хорошо же?

– Зато я буду жить вечно! – самодовольно заявила. – Хотя… мне такой вариант не нравится.

– Согласен, – кивнул Яр. – Мир не готов принимать тебя вечность. Это даже для него чересчур.

– Громов, ты договоришься.

– А то что? – в глазах Ярика забегали игривые огоньки. – Накажешь меня?

– Хуже! – воскликнула я. – Не подпущу к себе.