Книга Навсегда моя, страница 16 – Ники Сью

— Неужели она не видит, что он самый худший тип парня, на который стоило обратить внимание? — открыто злюсь я. Сжимаю лямку рюкзака, скрепя зубами.

— Ну ты же стоишь тут, а он там. Выбор очевиден, бро, — Рус бьет меня по плечу, я слышу в его голосе смешок.

— Я тебе говорил, что ты меня бесишь?

— Я тоже тебя люблю, Гор, — теперь уже он не скрывает усмешки и нагло треплет меня по волосам, словно старший брат. Я пытаюсь убрать его руку, но Руслан лезет еще активнее, хочет добить меня, знает же, что бесит вся эта телячья нежность.

На самом деле, никто не может поверить, что Соболев бывает таким: мягким, сговорчивым и почти не ворчливым, а главное, настоящим заботливым другом, почти братом. Но они не знают его настолько, насколько знаю я. Наша дружба успела многое пережить, да и научить.

— О! — неожиданно рядом вырастает Арсений. В отличие от нас, Арс тут кто-то вроде души универа. Его все обожают, а он в целом не против. — За мной, товарищи.

— Куда? Я не подписывался на очередной флешмоб в твоем… — бурчит Руслан.

— Заткнулись и помогаем папочке.

Уходить не хочется, хотя так даже лучше. Смотреть на Дашку в компании с Артемом слишком болезненно, того и гляди, сорвет крышу. К такому перепаду я пока не готов.

Пока идем по шумномукоридору, Ставицкий без остановки болтает. Рассказывает нам про предстоящий концерт, который организовывает студсовет для иностранных студентов по обмену. Планируется несколько номеров, ведь будет присутствовать не только педагогический состав, но и какие-то важные шишки из министерства образования и туризма. Универ не должен упасть в грязь лицом.

— Я не буду участвовать, — у входа в актовый зал заявляет раздраженно Рус.

— Я еще ничего не предлагал.

— Да тебе и рот открывать не надо, вон, — Соболь тычет пальцем в лоб Ставицкому, прожигая его хмурым взглядом. — На лице все написано.

— Даже мое милое личико умеет врать, — отмазывается Арс и все-таки затаскивает нас в зал.

Мы усаживаемся на последнем ряду, наблюдая, как президент студсовета Женька Одинцова кричит на ребят и нервно расхаживает по сцене. Она до жути правильная и любит выпендриться перед ректором, показать, как круто может руководить группой людей. Правда, судя по тому, что Женька кричит, в этот раз получается у нее так себе.

— Зачем мы здесь? — нервно постукивает ногой о пол Рус.

— Вдруг наша помощь пригодится, — улыбается загадочно Ставицкий.

— Какая? — кошусь на него. — Убить всех взглядом-молнией? Или стебным языком Соболя?

— Это всяко интереснее их самодеятельности, — не пропускает момент вставить свои пять копеек Руслан.

— Сказать по правде, Женька такой странный номер придумала на открытие концерта.

— И? — в один голос шипим мы с Русом.

— Суть номера такая: девушка танцует вокруг парня, а другой парень в это время поет песню. Посыл такой, что парень говорит типа на китайском, девушка на русском, они друг друга не понимают, но мир спасет любовь и прочая фигня, — тараторит Арс.

— Ты хочешь спасти мир, полюбив всех девушек студсовета? Или иностранок? — несмотря на слова, Руслан явно понимает, к чему клонит Арсений.

— Если Гор скажет, что он будет танцевать…

— Я не буду танцевать, — отрезаю резко. Ненавижу сцену. Она у меня сразу ассоциируется в прошлым и с Дашкой. Взорвал бы к чертовой бабушке театры.