Книга Навсегда моя, страница 33 – Ники Сью

Его ладонь неожиданно касается моей талии и резко притягивает к себе. Как и в тот день. Я смотрю в его распахнутые глаза и отказываюсь понимать, что между нами в который раз происходит. Он не смеется,не кидает злобую реплику. Зато мое тело трепещет, словно по нему проходят маленькие электромагнитные токи.

Пауза затягивается, мы оба не двигаемся и непрерывно смотрит друг на друга. Мир вокруг кто-то поставил на паузу, даже музыки не слышно.

— Ты… — шепчет он, притом настолько нежно у него выходит, что я замираю в томительном ожидании. Прошлые обиды моментально стираются, когда он вдруг поддается навстречу, так словно Глеб хочет меня поцеловать.

Неосознанно закрываю глаза и…

Тут дверь в актовый зал распахивается. Входит Женя и еще какие-то ребята, заставив нас отринуть друг от друга.

— У! — присвистывают на фоне, и я вспыхиваю от стыда! Хотя… от стыда ли? Точно ли это то самое чувство?

Сердце бухает в груди. Пульс шалит, и мне явно требуется доза свежего холодного воздуха.

— Вы уже начали? — спрашивает Женя, явно приняв происходящее за репетицию. Что ж, так даже лучше.

— Я… мне нужно переодеться, — дрожащим от волнения голосом сообщаю и тут же устремляюсь в зал, чтобы взять рюкзак. Меня так потряхивает, словно нас застали за чем-то непристойным и интимным. С другой стороны, мы ведь еда не поцеловались. Почему-то я уверена, что Гордеев тянулся ко мне, может неосознанно, под вспышкой каких-то эмоций, но он точно планировал дотронуться до моих губ.

— Да, конечно, вот там гримерка, — она показывает куда пройти, и я практически срываюсь с места, в надежде, что через пару минут отпустит. Но прежде чем выскочить из зала, зачем-то оглядываюсь и ловлю на себе взгляд Глеба. Он смотрел мне вслед?

* * *

Возвращаюсь минут через десять и стараюсь на Глеба не смотреть. Он сидит в расслабленной позе на стуле, со скучающим видом наблюдая за репетицией. И даже когда я подхожу ближе, не переводит взгляд, словно нарочно не замечая. Собственно, так даже лучше, не придется лишний раз о чем-то думать, накручивать себя. Я и так еле-еле успокоилась, отдышалась.

Женька, наш президент, заметив меня, подходит ближе. Она оглядывает нас, прикусив задумчиво губу, затем начинает говорить.

— У меня есть номер, но сама я не смогу поставить танец. Честно сказать, я думала, что договорюсь с девочкой из “Алиты”, группы по танцам, но она неожиданно встала в позу и отказалась.

— Небось, Нестеров постарался, — комментирует вслух Глеб. Я тут же корю себя, что создала проблем постороннему человеку. Не надо было соглашаться танцевать с Гордеевым, в конце концов, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Не знаю, — пожимает она плечами. — Но танец надо как-то поставить и…

— Не переживай, — перебиваю ее. — У меня балетное образование, и повторить танец или поставить что-то под музыку смогу без проблем.

— Ты… балерина? — у Женьки глаза на лоб от удивления лезут.

— Бывшая, — не пропускает момент с колкостью Гордеев.И почему он такой? Ведь еще пару минут назад мне казалось, что в его глазах зажигаются звезды, когда я для него танцевала.

— Почему бывшая? — вполне серьезно озадачивается Женя.

— Любовь-морковь превыше сцены, — с нескрываемым раздражением выплевывает Глеб. Не будь он моим заклятым врагом, я бы точно списала все на ревность.