Книга Давай сыграем в любовь, страница 115 – Ники Сью

Дергаю ручку, чувствуя, как мышечный орган долбит не хуже пулемета. Это не нервы, а злость. Меня распирает от гнева к блондинке, с которой я спал,к людям, которые ей поверили, и тому парню, что посмел пристроиться позади Кристины. Картинки мелькают одна за другой перед глазами, словно топливо, которое неплохо так заправляет и без того переполненный бак эмоций.

Переступив порог аудитории, моментально привлекаю к себе внимание. Буквально каждый педагог впивается в меня взглядом, Оксана же вообще белеет. Она вжимается в стул, часто моргает, а я в ответ посылаю ей белозубую улыбку.

— Вы что себе позволяете, Соболев? — повышает голос завкафедры Людмила Викторовна. Женщине почти шестьдесят. Худенькая, хорошо сохранилась. Поднять ее из-за стола не составляет труда.

— Прошу прощения, но я быстро, — бросаю сходу, усаживаясь на ее место. Позади меня экран проектора, информацию на который вещает через ноутбук. Пару кликов и вот уже мой телефон сконнектился с этой чудо-техникой.

— Соболев! Немедленно покиньте аудиторию! — требует Людмила Викторовна.

— Давайте охрану вызовем, — пищит с заднего ряда перепуганная Оксана. Ничего, рано еще боишься, милая. А теперь можно.

Кликаю плей, и вуаля — на белом полотне открывается видео. Может, впрочем похлеще, чем было у Кристины.

— Давай снимем нас на камеру? Это так забавляет, — предлагает Оксана мне на ролике. Затем наводит телефон, мое лицо крупным планом, ну а дальше начинается откровенная эротика. Блузка летит на пол, поцелуи, просьбы не останавливаться.

Зал в шоке, завкафедры сперва молчит, затем находит стул и в шоковом состоянии садится на него. Ее выражение лица дорогого стоит. Она кидает гневный взгляд на своего педагога, та же лишь прикрывает ладонью лицо, стараясь сделать вид, что ее здесь нет.

— Я скинул парочку видео, фото, — озвучиваю вслух, пока народ разглядывает на кадрах развлекаловку студента и училки. — Посмотрите все, — на моих губах сверкает улыбка, потом я поднимаюсь, засунув руки в карманы брюк, и добавляю. — И да, зачет я тоже получил, как вы понимаете, отработав. Неплохой метод, скажите?

И снова тишина. Убийственная какая-то. В глазах педагогов, а их тут человек пятнадцать, читается презрение. А ведь я только пришел сюда, показал малому кругу людей развратные кадры. Хотя мог бы опуститься до уровня Оксаны, выложить компромат на всеобщее обозрение. Опустить ее ниже плинтуса. Ведь она обошлась с Кристиной именно так. Еще идурацкую надпись наложила. Но во мне осталось благородство, поэтому я удаляюсь из аудитории, решив, что на этом мой урок закончен.

Закрываю за собой дверь, а тут Оксана выбегает. Следом. Будто находиться в месте замедленного действия ей невмоготу. Какая ранимая. Бедняжка.

Она хватает меня за локоть, заставляя остановиться. И смотрит так, главное, с обидой, гневом, непониманием. Потом поджимает трясущиеся губы и бьет меня кулачками в грудь. Раз. Два. Три. С глаз ее скатываются слезы. Ого, стервы умеют плакать? Неожиданный поворот событий.

— Сволочь, — наконец, выдает Оксана. — Тварь! Ты меня не просто унизил… — содрогаясь в плаче, говорит она. — Ты меня с работы выгнал. Понимаешь? Они напишут обо мне характеристику. Да куда я потом пойду? Урод! Ненавижу! Ты…

В один из моментов я ловлю ее кисти рук, заставляя Оксану замереть на месте. Она походит на статую, такая же бледная, несмотря на вполне живые черты и алые губы.